Хозяин ветра - Мария Семенова,Анна Евгеньевна Гурова Страница 108

После полудня Ютси надолго задержалась в родильной веже, а затем выскочила оттуда как ошпаренная и побежала к Кумме. Он и сам уже спешил навстречу, чуя недоброе.

— Как накликал, – проворчал он, лишь увидев бледное лицо жены. – Ну что там?

— Дитя не идет! Уже все готово, и вдруг схватки прекратились…

В ранних сумерках они оба влезли в пропитанную можжевеловым духом вежу. Кайя в изнеможении лежала на шкурах и часто дышала. Несмотря на то что внутри было прохладно, ее лицо намокло от пота. Волосы всклокочены, глаза закатились…

Ютси схватила ковш с отваром чаги и принялась брызгать на роженицу.

— Не смей засыпать! Не время отдыхать, время трудиться! – карелка подхватила Кайю под мышки, приподняла на ложе. – Тужься, выталкивай дитя, оно уже при дверях!

Кайя даже не слышала. Закрыв глаза, она обмякла на руках родственницы.

— Беда, муж! – чуть не плача, воскликнула Ютси. – Похоже, злые духи добрались до нашей малютки-чайки!

— Так и есть, – раздался позади них резкий голос Яннэ. – Я чую могущественные злые чары!

Кумма прислушался к чему-то, слышному лишь ему, и на него сразу стало страшно смотреть.

— Кто-то сильный колдует против роженицы!

Старый сейд, словно камень, застыл в душном сумраке, где слышалось лишь быстрое дыхание Кайи.

— Кто-то поет погребальную песнь, заручившись всей силой моря, – глухим голосом произнес он. – Змеево море схватило и не выпускает нерожденную душу сына твоего Анки…

Яннэ зашелестела крыльями, пятясь из тесной вежи.

— Полечу в Ледяную Нору, к матери Лоухи!

— Яннэ, она здесь не поможет…

Однако глава рода Кивутар, не дослушав, выбралась из вежи, взвилась в небо и, как выпущенная стрела, исчезла среди низких туч.

— Тунья зря потеряет время, – мрачно проговорил Кумма, глядя на беспамятную правнучку. – Лоухи, Хозяйка Похъелы – великая чародейка, почти богиня, хоть и рождена среди смертных. Но она не сумеет помочь. Море не подвластно ей. Поэтому и проиграла тогда старику Вяйнемейнену: он игрой на кантеле взывал к морским богам…

Кумма смотрел на Кайю с болью в сердце.

— Ну почему судьба вечно требует того, чем не обладаешь?.. Нужен повелитель духов, способный не дрогнуть перед могущественным заклинанием смерти! Я живу тысячу лет, я умею многое, но я не шаман…

Над головой Кайи что-то зарябило. Клочок серого пуха вспорхнул над роженицей, возникнув словно из пустоты, чтобы тотчас рвануться к дымовому отверстию вежи и унестись неведомо куда с порывами ветра.

Кумма проводил крохотного летуна удивленным взглядом – и тут же забыл о нем…

* * *

Нойда, следуя за огненной птицей, летел среди бушующих туч.

Давно у него не было столь опасных полетов в мире незримого! Само небо словно взбесилось, то ли не желая его пропускать, то ли просто взбаламученное чем-то неведомым и страшным, что творили боги и люди. Лишь огненная птица, летящая впереди, не давала нойде потеряться в этой надмирной пурге. Порывы бури швыряли ее в разные стороны, то и дело скрывая в пеленах снега; изредка нойда терял ее из вида, и всякий раз сердце его замирало. Но крылатый проводник снова вспыхивал огненным клубком среди туч и упорно летел все вперед и вперед.

Серый птенец сидел у нойды за пазухой. Саами кожей ощущал его отчаяние и нетерпение.

«Что за беда такая приключилась с ребенком, что понадобилось звать Безымянного? – гадал нойда. – И почему его сайво помчался именно ко мне?»