Физрук: на своей волне 2 - Валерий Гуров Страница 11

— Смотрите, Владимир Петрович, получается!

— Получается, потому что не умничаешь, а делаешь, — заверил я. — Красавчик.

Я подошёл к тем, кто должен был заниматься покраской. Картина, как я уже говорил, хоть стой, хоть падай.

Ребята сразу замерли. Один из них, щуплый, с чёлкой, оторопело поднял кисть и спросил:

— Что, неправильно делаем, Владимир Петрович?

— Мужики, ладно, — сказал я, — что вы ни хрена не умеете — дело житейское. Но башку-то включить можно? Соображалка у вас где? Вы ж видите, что не так должно быть!

Они переглянулись.

— Понимаем, Владимир Петрович, — протянул тот, что с чёлкой. — Только мы ж не бабы — маникюр делать не умеем. Откуда нам знать, как это правильно-то? А Милана хрен забила.

Кстати, Милана. Я нашёл взглядом девчонку: та отошла к забору, продолжая с кем-то разговаривать по телефону. И вдобавок достала из кармана какую-то хреновину и в буквальном смысле её сосала, выпуская дым… бульбулятор, что ли?

Я подошёл к девчонке.

— Зая, тут тема такая, я пока не знаю, когда освобожусь, физрук лютует. Но если тебе так не терпится, приедь к школе и меня забери…

Она осеклась и не договорила, потому что я выхватил у неё телефон. Нажал на отбой и протянул ей телефон обратно.

Милана обернулась и выпучила на меня глаза. Бульбулятор, или что это там у неё, девчонка спрятала в карман. Она явно напряглась, готова к тому, что я начну её отчитывать. В воздухе, кстати, пахло чем-то вроде персика — такой вот химозный и не самый приятный запах.

— Не понял: я думал, ты мне покраску организуешь, пацанам пример покажешь, — улыбнулся я.

Было поползновение девчонку отсчитать, не скрою, но я решил зайти с другой стороны.

— Владимир Петрович,да мне тут один козёл позвонил, я отвлеклась…

Определилась бы хотя бы для себя: это козёл или зая? Или один хрен — зоопарк, и разницы, как назовёшь, нет?

— Давай, Милан, включайся, — сказал я. — А если ты думаешь, что я тебя за что-то отсчитывать буду, то не угадала. Ты девочка взрослая и, думаю, сама понимаешь, что сосать эту хреновину на школьном дворе не надо.

Милана улыбнулась уголками губ.

— А если мне нравится сосать… — она невинно заморгала глазками. — Всякую, как вы говорите, хреновину, Владимир…

Отчество она добавлять не стала. Я понял, куда наклонит, и медленно покачал головой.

— Не стоит.

— А может, — она смерила меня взглядом, — всё-таки стоит?

— Милана, — холодно ответил я. — Не вынуждай меня дважды повторять.

— Ой, подумаешь, у нас с тобой лет пять разница, — она закатила глаза и, демонстративно жуя жвачку, пошла к малярам.

Горячая, блин, штучка. Я с минуту постоял, размышляя. Привыкла, зараза, что одним своим видом кружит голову мужикам.

Потом развернулся и медленно пошёл обратно к турникам. Милана, кстати, никуда не ушла, но снова залипла в телефоне. И оторвала от экрана взгляд только когда поняла, что я вернулся.

— Мужики, а вы у себя во дворе турники когда-нибудь красили? — спросил я, ещё ища хоть какие-то точки соприкосновения.

— А нафига нам что-то красить? — отозвался Смирнов. — Есть же управляющая компания. Это их зона ответственности.

Я посмотрел на него, потом на остальных. Те молчали, кто-то даже кивнул в знак согласия.

Я подошёл ближе, взял у Смирнова кисть. Ну не привык я на кого-то проблемы вешать.

— Знаешь, я тебе так скажу. Я если во дворе вижу облезлую стену, я не ищу никакую компанию. Беру кисть, тряпку — и крашу.