По следу незримых - Константин Муравьев Страница 111

Не скажу, что было до невозможного больно или жутко. Нет, как ни странно, было просто неприятно и слишком уж необычно. Ведь я ощущал и мог прочувствовать происходящее с каждой из тех миллиардов частичек, на которые меня и разобрал Скользкий.

И если бы не помощь Астра, который перенаправил весь этот поток одномоментно влившейся в меня информации в недавно созданный им астральный карман, то по окончании этого путешествия по ту сторону, куда бы я сейчас ни направлялся, оказался полностью безумный, пускающий слюнявые пузыри чурбан.

Ну а так у меня появился хоть какой-то шанс пережить это путешествие.

«Нужно предупреждать о подобных побочных эффектах, которые могут оказать влияние даже большее, чем само основное действие». Странным оказалось еще и то, что я даже сейчас мог связно мыслить.

«А этого и не должно было произойти, – передал мне через моего посредника среди слайдеров Скользкий, – я уже проводил подобное перемещение не один раз. Сознание неделимо, и как так случилось, что при расщеплении произошло деление и твоего сознания на равнозначные сегменты, причем на полностью самостоятельные и полноценные, хоть и зависимые друг от друга, мне не «известно».

«Хм…» – протянул я.

«Но теперь мы точно можем сказать, что раньше нам не приходилось работать с такими, как ты, – добавил уже Астр, – и как минимум в этом твое значительное отличие от Творцов».

«Понятно, буду знать…»

Между тем это странное скольжение-просачивание сквозь слои реальности наконец подошло к концу.

И хоть последние слова слайдеров меня несколько смутили и насторожили, вызвав сомнения в том, что у Скользкого получится завершить переход на нужный слой реальности без проблем, но уже буквально в следующий миг я ощутил себя твердо стоящим на каменной поверхности.

— Серая хмарь безнадеги и тоски… – только и пробормотал вполголоса я, оглядываясь вокруг. Почему-то именно эти ассоциации вызвала у меня окружающая действительность.

Пейзаж приобрел тусклые серые краски, но тем не менее было вполне ясно, что это все же осязаемый, материальный и узнаваемый мир. Причем местность практически не отличалась от той, где мы и угодили в расставленную ловушку. Хотя были и незначительные детали, которые указывали на то, что это все же какое-то другое место или вообще планета или реальность.

Ветер вряд ли бы сумел потрепать тут мои волосы.

Вообще, складывалось впечатление, что воздух будто застыл, превратившись в кисель, и еле втекал мне в грудь.

Солнце не светило, а словно пробивалось сквозь густой туман, при этом я бы не сказал, что вокруг стояла тьма или сумерки. Нет, именно полупрозрачная хмарь, на которую я обратил внимание практически сразу.

Про животных и прочую живность не скажу, я находился в режиме ускоренного восприятия, и, если бы я кого-то увидел или услышал, одно это бы уже достаточно сильно выбилось из привычной картины мира.

Ну и по мелочи, касающейся уже материальных предметов, я не заметил поблизости завала камней, который устроили орки, да и та нора, которая помогла в осуществлении моего плана, здесь отсутствовала.

«Значит, это все-таки какое-то другое место», – констатировал я.

«Лекс, ты ошибаешься, – вмешалась в ход моих мыслей Пандора, – координаты полностью совпадают с местом твоего последнего нахождения. – И уже как вердикт: – Это та же самая реальность».