«Аромат любви» от сударыни-попаданки - Ольга Росса Страница 114

— Барин в кабинете на мыловарне закрылся, химичил там. И как бахнет что-то с такой силой, что стёкла повылетали.

Кровь отхлынула у меня от лица, руки затряслись.

— В какой больнице мой муж? Вези меня туда. Сейчас же! — приказала я кучеру и рванула на улицу.

Глава 48. Мой муж

Варвара

Как доехала до больницы, не помню. Я ворвалась в приёмный покой, словно фурия, и там увидела девушку в форменном платье и переднике.

— Где мой муж? Островский Александр Митрофанович? — с трудом взяла себя в руки, чтобы не броситься по коридору, заглядывая в каждую дверь.

— Этот тот, которого взрывом приложило? — медсестра даже растерялась от моего напора.

— Он самый? Что с ним? Я могу его увидеть? — душа в пятки ушла и не хотела возвращаться на место.

— Николай Прокопьевич! — она окликнула мужчину в белом халате, который только что появился в коридоре. — Тут жена пострадавшего Островского пришла.

— Замечательно, — мужчина поправил очки на носу, строго взглянув на медсестру. — Машенька, выдайте сударыне халат для посещения.

— Варвара Михайловна, — представилась я, пока медсестра искала халат.

— Николай Прокопьевич Дубровин, хирург, — кивнул мужчина. На вид ему было не больше сорока лет. — Я оперировал вашего мужа.

— Оперировали? — ахнула я от ужаса, схватившись за сердце.

— Не переживайте так, Варвара Михайловна, — торопливо заговорил он, взяв меня за руку и заглядывая в глаза. — Машенька, принесите стакан воды госпоже Островской.

Медсестра накинула на мои плечи белый халат и поспешила в сестринскую.

— Сударыня, вашего мужа посекло стеклом от взорвавшейся колбы, есть небольшие ожоги. Я вынул осколки из его спины и зашил раны. Господину Островскому повезло, что во время взрыва он как раз отвернулся. Если бы колба взорвалась в лицо, последствия могли быть более плачевные, — спокойно проговорил врач.

Вернулась медсестра и сунула мне в руки стакан с водой. Я жадно припала к питью, словно сутки по пустыне скиталась. Осушив стакан, выдохнула, чуть успокоившись.

— Пойдёмте, Варвара Михайловна. Ваш супруг спит после операции, — он пошёл вглубь коридора. Я последовала за ним.

Мы поднялись на второй этаж. Запах хлорки и лекарств тут ощущался сильнее всего.

— Прошу, — врач открыл дверь в палату. В сумерках я сначала ничего не увидела, свет в помещении не горел. — Вам принести свечу?

— Да, пожалуйста, — кивнула я, перешагнув порог на ватных ногах. В комнате стояло несколько коек, все они были пусты, кроме одной.

Александр лежал на животе с перевязанной спиной, сквозь белые бинты проступила кровь от ран — это было видно даже в полумраке. Закусив губу, я подошла к кровати и присела на корточки, взглянув на спящее лицо супруга.

Вернулся врач с подсвечником, который он поставил на прикроватную тумбочку. Потом пододвинул для меня стул от стены. Я послушно села возле кровати мужа.

— Только прошу вас, сударыня, не сидите тут до утра. Ваш супруг обязательно поправится, — тихо произнёс Николай Прокопьевич. — Посидите немного и поезжайте домой с вестями о муже. У вас есть дети?

— Да, — кивнула я, не вдаваясь подробности.

— Вот и хорошо. Он вас звал во время операции, обезболивающее так на него подействовало, потом всё же уснул. Ладно, не буду вам мешать.

Мужчина ушёл, оставив меня наедине со спящим мужем.