Эликсир счастья - Мария Фир Страница 115

— Собрать нас всех в одном месте, чтобы разом прихлопнуть. Гениально придумано, – снова подал голос Генрих. – Что если Дейнар потерял рассудок и сменил сторону? Он всегда притворялся лояльным королю, но было ли это настоящее притворство?

Розен по привычке подозревал всех подряд, а мне не хотелось с ним спорить. Я не мог отделаться от мыслей о Катерине. В последний раз я видел её, когда Эйла потащила её за собой в коридор. Потом девчонка пыталась что-то сказать мне, но её не подпустили к столу, стало слишком шумно. Проворная разбойница увернулась от гвардейца и удрала, никто не стал её преследовать.

А что было потом? На нас набросили связывающие чары и поволокли на улицу. Оливия Ламотт… мне показалось или она единственная осталась сидеть в столовой?

— Кто-то видел, что стало с Оливией? – обратился я к притихшим союзникам.

— Её тоже вели к порталу, – отозвался Эрик. – Видимо, разместили в другом месте.

Признаюсь, в этот момент сомнения, словно едкая кислота, разъедали мою душу. Я помнил тонкую улыбку на побледневшем лице баронессы – что она означала? Неужели нас предала именно Оливия? Если бы только у меня были доказательства, тогда от сомнений не осталось бы и следа!

— Я был в Академии, когда прилетел ворон от архимага, – тихо и не слишком охотно заговорил мало знакомый мне маг, которого я прежде встречал только в приёмной Дейнара. – Как вы знаете, из западной башни хорошо видна дворцовая площадь. Клянусь, я видел, как из кареты вышла эта дама, Оливия, и как гвардейцы проводили её к Корвусу. В её руке был свиток.

— В её руке был свиток? – тупо переспросил я. – Как вы разглядели?

— При помощи заклинания орлиного зрения, конечно же.

— Но почему вы стали разглядывать? Что-то вызвало у вас подозрения?

— Я был оглушён новостью о ректоре, пытался осознать произошедшее, – отозвался он. – Прислонился лбом к замёрзшему стеклу. За окном была серость, низкие тучи, тёмный камень мостовой. И вдруг – женщина в розовом, как зефир, платье. Свиток в её руке сиял, словно слиток золота. Всё это выглядело занятно, и я решил рассмотреть.

— Доказывает ли это то, что именно баронесса Ламотт привела армию в мой замок? – спросил я громче, чем следовало бы.

Ответом мне были осторожные шаги. Стук маленьких каблучков по плитам тюремного пола разносился в воздухе дробно и отчётливо, тук-тук-тук, словно отсчитывал секунды. А потом перед решётчатой дверью нашей камеры возникло розовое облако платья.

— Доказывает, Грегориан. И что с того? – улыбнулась Оливия. – Вы и ваша шайка из Академии представляете угрозу для всей страны.

Стихийная волна поднялась во мне с неистовой силой. Я готов был испепелить Оливию на месте, заставить её кровь закипеть, разорвать огненный шар под её ногами. Но всё, на что я был способен, – лишь в ярости вцепиться в ржавые прутья клетки и зарычать.

— Ты! Ты ведь была с нами всё это время! Ты приносила клятву верности!

Я попытался ухватить её за руку, но баронесса, как крыса, с писком отпрыгнула назад.

— Клятва, мой дорогой Грегориан, это всего лишь слова. Даже если это слова заклинания. Я свободная женщина и вольна делать свой собственный выбор.

— Делать выбор? И ты выбрала короля Корвуса? – задыхаясь от гнева, спросил я.

— Я выбрала верность Лландрии, нашему государству. Разве не это долг любого порядочного землевладельца?