Криминалист 4 - Алим Тыналин Страница 119

Дэйв переглянулся со мной. Я записал в блокнот: «Мартинес не подходил к витрине. Проверить.»

— Следующий обход в два часа ночи. Тот же Мартинес. Опять заглянул, ничего не заметил. Потом в четыре утра другой охранник, Рэй Питерс. Тоже ничего. Утренняя полная проверка в семь, мой заместитель Поланко. Он открыл зал, включил свет и подошел к витрине.

Бакстер остановился. Мы стояли перед двустворчатой дверью с надписью «Зал драгоценных камней и минералов Дженет Аннеберг Хукер».

— Поланко увидел пустую подушечку. Позвонил мне. Я приехал за двадцать минут. Позвонил полиции. Полиция позвонила в ФБР.

— Сигнализация не сработала ни разу за ночь?

— Нет, — Бакстер стиснул челюсти. — Ни звука. Система ADT, установлена четыре года назад. Проводная, контактные датчики на витринах, датчики вибрации, датчики на дверях и окнах. Все замкнуто на пульт в комнате охраны. Дежурный сидит перед пультом всю ночь. Ни одного срабатывания.

— Кто дежурил у пульта?

— Тони Моретти. Двадцать лет стажа. Надежный человек.

— Мне нужно поговорить с Моретти. С Мартинесом. С Поланко. Со всеми, кто работал в вчера ночью.

— Понял. Я собрал всех в комнате охраны. Ждут.

— Потом. Сначала место преступления.

Бакстер толкнул дверь.

Перед нами открылся Зал драгоценных камней.

Глава 23

Зал драгоценных камней

Большое помещение, примерно восемьдесят на шестьдесят футов. Потолки высокие, двадцать футов, с лепниной по карнизам. Стены темные, обшиты панелями из красного дерева. Освещение театральное, точечные светильники в потолке направлены на витрины, все остальное в полумраке. Мраморный пол, серый с белыми прожилками, гладкий и холодный, я чувствовал прохладу через подошвы туфель. Кондиционер работал на полную мощность, поддерживая температуру и влажность для сохранности камней.

Витрины стояли в два ряда и вдоль стен, всего около тридцати. Каждая на мраморном постаменте, под стеклянным колпаком с подсветкой изнутри. Рубины, сапфиры, изумруды, топазы. Золотые ожерелья, тиары, диадемы. Коллекция стоимостью в сотни миллионов.

В центре зала, на отдельном постаменте под бронированным колпаком, покоился бриллиант Хоуп. Сорок пять и пятьдесят две сотых карата, темно-синий, в оправе из белого золота, окруженный шестнадцатью белыми бриллиантами поменьше. Подсветка снизу заставляла камень мерцать глубоким синим цветом, как ночное небо. Самый знаменитый бриллиант в мире. На месте, нетронутый.

Витрина «Персидской звезды» стояла в пяти ярдах правее, на таком же постаменте. Размером два фута в ширину, полтора фута в глубину, два фута в высоту. Стекло бронированное, полдюйма толщиной. Внутри бархатная подушечка темно-синего цвета. Пустая. Легкое углубление в ткани, где лежал камень. Больше ничего.

Я подошел вплотную. Ничего не трогал. Руки в карманах.

Дэйв встал рядом. Маркус достал из чемодана белые хлопковые перчатки и протянул мне и Дэйву.

— Чен сказал, перчатки надо надеть обязательно. Стекло, металл, дерево, на любой поверхности могут быть отпечатки.

Я надел перчатки. Наклонился к витрине. Изучил замок, латунный, врезной, замочная скважина маленькая, круглая. Ни царапин, ни следов взлома на стекле. Чисто. Аккуратно.

Достал из кармана пиджака карманную лупу с десятикратным увеличением, складная, хромированная, размером с серебряный доллар. Подарок Чена. «Каждый криминалист должен иметь собственную лупу», — сказал он тогда.