Царь Марса - Владимир Бабкин Страница 119

Глянул на испуганную Льгову.

— Что с ним?

— Н-не знаю…

— А кто?

Графиня ткнула пальцем в Вовку. Я счастлив.

— Давно?

— С час уже.

— Почему не кликнула докторов?

— Я… Я боюсь… Я…

Приплыли. Приехали. Или как там сейчас говорят?

Он, в общем, и не нужен, переговоры вести все равно мне, но он должен был хотя бы лицом поторговать на аудиенции. Как его показывать людям в таком виде? Господи, за что мне это все? Льгова, дура набитая, не среагировала, пока я там на корабликах прохлаждался и ручки всяким дамам целовал, будь они неладны.

Вовку надо срочно менять, это понятно. Но что мне делать СЕЙЧАС?

— Докторов! Срочно!

Прибежала (буквально ножками) медицинская бригада.

— Так, задача. Государь немного приболел. Вы поняли. У нас через четверть часа аудиенция перед иностранными послами. Вернуть в чувство и в приличный вид. Чтоб хотя бы сидел и кивал. Головой. Вопросы?

Главный врач попытался возразить:

— Но…

— Не знаю, Лазарь Моисеевич. Делайте, что хотите. Мне тут нужен прилично сидящий на троне государь через четверть часа, это ясно?

— Да, ваше величество.

— Работайте. Графиня, за мной.

Не оборачиваясь, выхожу в боковую от трона дверь слева. Льгова (а я надеюсь, что это она) цокает каблучками сзади.

Дверь закрывается. Оборачиваюсь. Льгова.

— Ну?

— Ваше величество, я…

— Я знаю, что я – величество. Тебя я тут зачем поставил, а? Как он дошел до такого состояния? Ну как? Объясни мне! Доктора были же под рукой. Жить надоело, да? Что с тебя толку… Вот что мне прикажешь делать теперь? Международный скандал, пресса и все прочее! Своей глупой милостью выставила Империю на посмешище. Как я его в таком виде ТАКИМ людям покажу? ЗАЧЕМ Я ТЕБЯ СЮДА ПОСТАВИЛ?!

Графиня молчала, потупив глазки.

Дура набитая.

Я был в холодном бешенстве. Позорище. Провалили всё… На ровном месте…

— Господи, с кем я имею дело…

Открылась дверь.

— Что там, Лазарь Моисеевич?

— Государь, мы не успеваем. Никак. Запущенный случай. Нужна госпитализация. Срочно. Нужны клинические процедуры и исследования. Я не могу гарантировать, что он в таком состоянии не скажет лишнего в присутствии послов и прессы. Если вообще что-то скажет. А он может такое сказать, что… Он сейчас… хм… Наручники нужны, пока не прокапаем. Весьма тяжелый случай. Все что угодно может быть.

— Понятно. Не будем играть в русскую рулетку. Не при послах. Быстро, ОЧЕНЬ быстро госпитализируйте его отсюда с глаз долой. Вот совсем быстро… Да?

— Машина у подъезда.

— Славно. Надежда на вас. Где пресс-секретарь?

— Я здесь, государь!

— Так, обеспечить картинку. Красивую. Императора госпитализируют с чем-то, спросите у доктора с чем именно. Что-то приличное, внезапное, вызывающее сочувствие и понимание, но не слишком опасное. Без беспокойства. Ну, так чтобы… Гипертонический криз какой-нибудь. Барическая пила. Перетрудился. Жить будет и все такое. Мы победим. Это ясно?

— Да, государь!

— Вот и хорошо. Бейте в колокола. Деньги в ящике. Не жадничайте, нам нужна яркая сочувствующая картинка. Где лидеры мнений лежат, вы знаете. Делайте. Служба протокола где?

— Я здесь, государь!

— Сообщите послам… э-м-м, короче, делегации ЮжАСа, что император госпитализирован. Уточните у доктора, с каким диагнозом. И…

Я задумался.

Дурацкая ситуация.

— Делайте! Цесаревна и царевна?