Гимлеон. Интоксикация - Реа Мар Страница 12

— Кстати, отчим просил передать, что для гольфа в город привезли нужные «реквизиты». — Эмма кокетливо поправляет прядь волос и бросает игривый взгляд на Крейга, надеясь привлечь его внимание.

Тот лишь одаривает её скупой равнодушной полуулыбкой. Неужели Эмма не видит, что совершенно ему безразлична?

— Наконец-то! — Крис в предвкушении потирает ладони, и его глаза загораются азартом. — Что-то генерал Ремарк в этот раз затянул с партией свежих «лунок». Девочки, будете делать ставки?

Только хочу сказать, что ставки бессмысленны, ведь Крейг вне конкуренции, как вдруг свет в аудитории гаснет, только мягко светится экран, занимающий всю стену.

Смотрю на трибуну и вижу скрюченную фигуру профессора Шлимана. Доставая очки из внутреннего кармана пиджака, он внимательно обводит взглядом аудиторию, ожидая абсолютной тишины. Надев очки, начинает лекцию:

— Уважаемые учащиеся, я сегодня заменяю вашего преподавателя.

Повозившись с планшетом, Шлиман выводит на экран изображение: какие-то люди толпятся у неизвестного здания с вывеской «Клиника пульмонологии Хельсинки», а рядом стоят вооружённые люди в защитных масках.

— Год две тысячи семьдесят четвертый стал поворотным в истории человечества, — каркает профессор. Мы с Сиенной переглядываемся, закатываем глаза и усмехаемся. Встроенные динамики в аудитории создают объемный звук, благодаря чему голос профессора звучит сразу отовсюду. — Научные прогнозы, выдвинутые ещё раньше, начали материализоваться в виде резкого увеличения уровня приземного озона. На начальных стадиях его воздействия наблюдались минимальные симптомы, такие как легкое жжение в глазах и незначительное покашливание…

— Кха… кха…

По аудитории проносятся весёлые смешки.

Удивлённо вытянув лицо, Шлиман прерывает лекцию и взглядом ищет нарушителя тишины.

— Простите сэр, в горле что-то першит, — насмехается Крис.

Улыбаюсь и качаю головой. Придурок Крис в своём репертуаре.

— Мистер Портман, вы хотите что-то сказать?

— Собственно, да, — медленно произносит Крис, вставая. — Не сочтите за дерзость, профессор, но мы знаем эту историю с рождения. Знаем, что человечество гнило заживо, захлёбываясь в собственном бессилии перед апокалипсисом. Приземный озон стал сгущаться, люди задыхались от смога. Кто-то сдох, а те, кто пережил асфиксию… — Крис обводит взглядом аудиторию и разводит руками, — перестали быть людьми!

И с циничной усмешкой Крис опускается в кресло.

— Мистер Портман, если у вас нет дополнительных комментариев, то позвольте мне продолжить. Как выразил Крис, мутация не связана с обычным озоном. С две тысячи шестидесятого года экологические проблемы дали о себе знать — начались серьёзные природные катаклизмы: землетрясения, вулканические извержения, наводнения. Создавалось впечатление, что Земля стремится избавиться от человечества. Я согласен с мнением, что приземный озон стал катализатором хаоса. Люди умирали, больницы превратились в переполненные морги. В городах вспыхнули массовые протесты и беспорядки, появились криминальные группировки. Фанатики выходили на площади и гласили о конце света. Страны вводили режим военного положения и организовывали военные лагеря.

На экране мелькают фотографии того времени. Паника, ужас и страх читались в лицах всех людей.