Снег Святого Петра. Ночи под каменным мостом - Лео Перуц Страница 120

— Он знал, как много сладости и горечи скрыто под женской юбкой, – возразил старьевщик. – Но с одним вам следует согласиться: если вы возьмете всех королей нашего времени и даже самого императора Римского, вы найдете в них лишь искру величия царя Соломона.

Такое суждение сильно не понравилось эрцгерцогу. Его возлюбленный государь-отец стоял в его глазах куда выше древнего царя Соломона.

— Вы говорите о Его Величестве императоре Римском без должного почтения! – предостерег он еврея.

— Я – преданный камер-кнехт Его Величества, – сказал торговец. – И я всегда строго выполняю мои обязанности по части налогов и выплат. Господь да возвысит его державу! Да не приидет ни в кои времена в его страны вражеский меч!

Дверь вдруг неслышно отворилась, и в лавку проскользнула нелепая фигурка мальчишки в слишком больших башмаках, залатанной вдоль и поперек куртке и до того застиранной шапочке, что невозможно было определить ее цвет. В руках у него был мешок из грубого холста, заполненный едва ли на четверть объема.

— Это я, – сказал он тонким голоском и положил на стол две медных монетки. – Слава имени Божию, сегодня у меня есть чем заплатить.

— Благословен будь твой приход! – улыбаясь, приветствовал его хозяин и забрал медяки, а мальчик прошел в угол и занялся там кучей старой одежды.

— Он платит мне, – объяснил старьевщик молодому эрцгерцогу, вопросительно взиравшему на них, – два толстых пфеннига, когда они у него есть, но это бывает не всякий день. И за это ему принадлежит все, что он находит в карманах старой одежды, которую я скупил за текущий день. Что он там находит? Да всегда одно и то же. Кусок хлеба или котлету, орехи, яблоко, кольраби, моток ниток, застежку, гвоздь, пустую фляжку – все это идет в его мешок. Бывает, что и ничего не находит, потому что почти все очищают карманы, прежде чем отдать мне платье. Но иной раз он извлекает оттуда какое-нибудь маленькое сокровище: кусок ленты, перчатки, клубок шерсти, а то и платочек. И на это, господин, можете себе представить, он кормит свою мать и двух младших сестер! Деньги? Нет, денег он еще ни разу не находил. Бедняки, которые сдают мне старье, не оставляют в карманах денег.

— Боже мира! Не поднимай меня и не повергай вниз! – вдруг взвился голос мальчишки из облака пыли, среди которого он копался в старой одежде.

— Что там у тебя? Что ты нашел? – спросил старьевщик.

— Будь благословен нынешний день! – прокричал мальчишка и вышел из угла с талером в руке.

— Целый талер! – вскричал старьевщик, у которого даже перехватило дух от изумления.

— Так оно и есть, талер, – выдохнул мальчик. Он то краснел, то бледнел от испуга и радости, в его глазах застыло вопросительное выражение.

— Что ты на меня смотришь? – спросил торговец. – Это принадлежит тебе. Дурак, который забыл его в кармане, уже не придет за ним. Он и не знает ничего о своей потере – поди, думает, что пропился подчистую. Будь спокоен, я-то знаю этих людей.

Мальчик подпрыгнул, да так высоко, что выскочил из своих башмаков, а потом пустился в пляс по лавке.

— Эй, ты! А что ты сделаешь с этими деньгами? – полюбопытствовал молодой эрцгерцог, который встревожился при мысли о том, что его заветный талер опять пойдет неизвестно куда. – Купишь новые башмаки? Новую шапку? А может быть, куртку?