Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2 - К. Рэдлиф Страница 120

Мысленно попрощавшись со всеми, кто проявил к нему благосклонность, Цзэ Сюлань зачерпнул каши. Она была липкая, словно клейстер, и пахла прокисшим рисом. Задержав дыхание, заклинатель засунул ложку в рот, ожидая чуда. Но чуда не свершилось.

Хозяин Туманного склона почувствовал, как его язык онемел. На вкус это было похоже на тухлую рисовую болтушку, которую оставили на солнце на дня три. В горле тут же запершило, и Цзэ Сюлань выплюнул кашу обратно в тарелку, закашлявшись.

Именно в этот момент вернулся Линь Ян. Увидев Цзэ Сюланя всего красного, со слезами на глазах и замершего в приступе кашля, он тут же подбежал к нему.

— Что случилось?

— Я принес учителю поесть. Приготовил ему легкую кашу, как вы и говорили. – Яо Вэньмин совсем растерялся и не знал, то ли просить у учителя прощение, то ли поскорее унести эту злосчастную кашу. Кажется, пахло от нее и правда не очень.

— Ты про это? – Лицо Линь Яна перекосилось, когда он взял миску с каким-то искусным ядом, который еще и вонял на всю комнату. – Ты решил угробить мастера Цзэ окончательно?

— Нет, конечно, нет! Этот ученик бы не посмел… – Яо Вэньмин покраснел, опустив взгляд. – Я сейчас ее унесу!

Выхватив миску с кашей, он тут же выбежал из комнаты.

— Как себя чувствуешь? – Линь Ян присел на край кровати и взял руку Цзэ Сюланя, чтобы проверить пульс и течение ци.

— Было бы куда лучше, если бы не брал эту гадость в рот.

Услышав его недовольный тон, Линь Ян повеселел.

— Шутишь – это хорошо. Твоя ци течет довольно свободно. Кроме парочки мест. Это остатки техники кукольных нитей. Так как ты не уничтожил их, а заточил, они оставили свой след.

— Выходит, нужно найти способ их уничтожить?

— Да. Пока ты восстанавливался, я обыскал кукольный шатер.

— Что-нибудь нашел?

Линь Ян покачал головой:

— В шатре нет. Но я узнал старый адрес пятого актера.

— Ли Вэньбо?

— Да. И его зовут Цзян Ло.

— Что?

Линь Ян встал, поправил одеяло и легонько щелкнул хозяина Туманного склона по носу.

— Сейчас принесу тебе целебный отвар и все расскажу.

Линь Ян вернулся довольно быстро, а в его руках в деревянной мисочке дымился травяной отвар. Он был отвратительным на вкус, но лучше уж он, чем тошнотворная каша Яо Вэньмина.

— Старый дом Ли Вэньбо уже давно пустует. Кажется, те тридцать лет, которые прошли после пожара, в нем никто больше и не появлялся. – Линь Ян снова присел рядом. Он хотел придержать чашу с отваром, но Цзэ Сюлань сам неплохо справлялся. – Его, конечно, уже давно разграбили и вынесли все ценное, что было. Но кое-что мне удалось стащить.

— Что? – От горечи отвара у Цзэ Сюланя даже голос слегка сел. Из чего вообще это пойло сварено?

— Я нашел дневник сестры Ли Вэньбо.

— У него была сестра? – Наконец справившись со своим лекарством, Цзэ Сюлань отставил чашу.

— Младшая. Ее звали Цзян Мэйхуа. И она с юных лет вела записи. И знаешь, там много чего интересного есть. Например, то, как Цзян Ло вернулся после нескольких лет странствий, совершенно разбитый. А потом вдруг стал говорить о «вечной молодости и славе».

— Он с кем-то встретился? – догадался Цзэ Сюлань.

— Да. И этот кто-то помог ему превратить четырех друзей в кукол и создать вечный театр. А Сяо Мэй, – Линь Ян указал на куклу на поясе, – это не кто иная, как Цзян Мэйхуа, его сестра. Она узнала о его планах, и он решил ее устранить.