Предречение - Артем Барабашкин Страница 130

— Мы едем туда? – Фелиция заправила прядь волос за ухо и пристально посмотрела на охотника.

— В ту сторону, – кивнул Корнелио. – Встретим торговый караван, который идет в Альянс, с ним ты безопасно перейдешь границу.

— Разве Священный Союз и Альянс торгуют?

— Это запрещено и границы охраняются, но находятся предприимчивые торговцы. В сторожевых крепостях ушлый народ, на границы ссылают преступников, дезертиров, рыцарей, которые не чтут Кодекс и нарушают заветы экхалорианства. Торговцы знают лазейки, деньги текут в нужные руки и проход открыт. С той стороны все тоже схвачено. Да и с собственным зерном и сталью у Альянса беда, – Корнелио задумчиво посмотрел на яркое солнце. – А как вы перебрались через границу?

— Я… не помню, – нахмурилась Фелиция, – последнее, что я видела, как эта страшная женщина подошла ко мне в Атенее, а потом темнота. Очнулась уже на той поляне, без одежды и связанная. А остальное ты знаешь, – она вздрогнула.

— Это странно. Видимо кровь мага может помочь вызвать Роадранера. Насчет этого нужно подробное расследование инквизиции.

— Я слышала, – осторожно пробормотала Фелиция, – что вы не любите магов. Особенно инквизиция.

— У нас не различают ведьм и магов. Но твоей вины в колдовстве я не вижу, инквизиторы о тебе не узнают.

Фелиция растерянно улыбнулась, а Корнелио раздраженно постучал пальцами по шероховатой доске. «Врешь ведь, охотник. С душком вся эта история. И магов мы сдаем не зависимо от их вины. Просто ее милое личико задело что-то в твоей душе. Так выполняет заветы Церкви её верный слуга?» – внутренний голос Корнелио терзал его ум.

— У тебя есть дом, жена? – неожиданно спросила Фелиция. Она улыбнулась, и на ее щеках вновь заиграли милые ямочки.

— Нет, охотникам на еретиков запрещено приобретать имущество и жениться.

— Да? А любить вам разрешено?

— Тебя действительно это интересует? – хотел рассмеяться Корнелио, но вспомнив о шраме и подавил улыбку.

— Да, – ее черные проникновенные глаза загадочно задержались на охотнике. Корнелио заглянул в ее глаза, но смутился и отвел взгляд.

— В книге Экхалора сказано: «Люби своего ближнего». А вступать в отношения с женщинами мужчинам в Ордене запрещено.

— Ты никогда не влюблялся? – Фелиция как-то вся подобралась. «И куда делась вся ее робкая неуверенность и страх?»

— Нет… Я и с девушками то общался… С одной может с двумя… И те были еретичками, – в этот раз Корнелио не удержался от смеха и наклонил голову, чтобы длинные волосы прикрыли его лицо. Фелиция тоже звонко рассмеялась, а Корнелио с теплотой в душе наблюдал за ней через пряди черных волос.

— Их сожгли? – магичка, внезапно, перестала смеяться.

— Нет, нет… не всех сжигают… Их вина была небольшой, оказалось достаточно наставить на путь истинный.

— Ты сделал это?

— Нет. Охотники выполняют грязную работу. Я их схватил и доставил инквизиторам. А те уж переубедили их, они это умеют.

Джоланни со своим делом справился на отлично и еще до сумерек охотник и его спутница добрались до городских ворот. Мрачный серый камень, поросший мхом и потемневший от времени. Деревянная решетка, опутанная какими-то клубками волос и покрытая сальными потеками грязи. Ворота рассохлись настолько, что, скорее всего, их уже невозможно закрыть.

«Похоже, инквизиторы давно не были здесь с проверкой» – Корнелио подошел к небольшой деревянной будке. Одетый в кольчугу и кожаный шлем стражник спал, положив голову на стол. Его испитое лицо с редкой бородой выражало чувство полного удовлетворения. Корнелио достал медальон и медленно постучал им у уха стражника. Тот нехотя открыл глаза и, причмокивая, посмотрел вверх. Постепенно его глаза собрались в кучу, в них появилась осмысленность. Стражник весь вскинулся, чуть не упал через стул, выпрямился перед охотником, положив руку на грудь. Это был жест приветствия простых людей по отношению к служителям Церкви.