Тень землянки - Алла Железнова Страница 132

— Я принимаю тебя, Мистиф.

— Вместе, навсегда?

— Всегда твоя.

С волной наслаждения и дружным стоном на моей правой руке возникло чувство жжения. Оно нарастало, что быстро вырвало меня из неги.

— Ай! – схватилась я за плечо.

Мы оба посмотрели на него и обнаружили красивое, словно кружевной браслет, белое тату.

— Мистиф, это… – в изумлении я потеряла дар речи.

— Риша! – обрадовался он, огладил ее и собственническим рывком снова притянул меня к себе. – Моя! Вся, как есть, моя! И я, – обратил он мое внимание на свое плечо, где красовалась такая же тату, – только твой.

Мы счастливо засмеялись и долго стояли в фиолетовой воде, обнимая друг друга. И только вернувшись домой, Кассиль поведала мне с глазу на глаз, чем чревато появление Риши на руке мужчины.

В то время, пока мы покидали обитель богини, Солун навестила Эливейн Снежную в ее доме, послав той видение.

«Действовать надо уже сейчас. Он все для себя решил».

Глава 11

Анна

Мне снился кошмар. Мимолетный, кадрами, но цветной. Вырвал меня из него Диар.

— Хас-сша? Я рядом. Тише, – оглаживал кхагарт мое лицо ладонями.

Я тяжело дышала и плакала, словно только что перенесла истерику.

— Плохой сон?

У меня не нашлось сил ответить, я все еще справлялась с одышкой.

— Что тебе приснилось? – Голубые глаза пытались перехватить мой взгляд, а губы нежно касались щек. – Расскажи.

— Иринка! Моя подруга… Она… Она…

Диар молчал, в радужке мелькнула золотая искра беспокойства. За минувшие пару недель, что прошли после посещения дома белых ящеров, я рассказала ревану о своей прошлой жизни. О привязанности к подруге, коллеге. О том, как бы хотела увидеться с ней, убедиться, все ли с ребятами в порядке. И тут этот сон. Может, я слишком часто вспоминаю Землю? Неужели меня все еще тянет к прошлому с такой силой? Я села и обхватила руками свои колени.

— Ира лежала на операционном столе, руки ее были в крови. Это точно была ее кровь. Она не сказала ни слова, лишь тянула раскрытую ладонь ко мне, словно хотела сжать мою, а из ее глаз лились слезы, которые осыпались на пол медицинского блока кроваво-красными бриллиантами. Диар, – обернулась я к своему покровителю. – Ей плохо, да? Потому так ярко все было во сне?

Реван подобрался и притянул меня к себе.

— Слезы чародеек с Сарфиры превращаются в настоящие бриллианты, когда те плачут от счастья, – поведал мне он, но нахмурился. – Но я никогда не слышал о том, чтобы бриллианты были красными. У вас есть такая особенность?

— Люди не плачут камнями. Нет.

— Тогда мы поспрашиваем у местных чародеек о таком интересном нюансе.

— Реван Диар, что говорила та чародейка в записи в день нашей инициации?

— Она напомнила мне, что я ей должен жизнь. И хотела бы получить в качестве уплаты твою, – не стал он юлить. Хвост его нервно задергался. – Столетие назад, в день, когда мы напали на один корабль, обнаружили там Чезара, ректора школы теней, его осетту и команду. Все пошло не по плану. К ним пришла подмога. И я был тем, кого леди Эливейн пощадила. Тогда она была слепа. А в видеообращении оказалась уже вполне зрячей.

— С ними можно связаться? Попросить пообщаться с друзьями, если они еще живы.

— Нет. Только отправкой сообщений. То, что послала чародейка Эливейн, было отправлено через несколько недель после того, как мы покинули их в шлюпе. Получается, прошло путь оно в один конец примерно месяц. К тому же наше руководство не позволит обмениваться сообщениями с иномирянами. Любые контакты с союзом запрещены. Сиддар провел сообщение от Эливейн незаметно от наших влиятельных кхагартов.