Красное бедствие - Рита Хоффман Страница 133

Из ее рта вылетели крошки. Савьер досадливо поморщился.

— Чтобы присмотреть за Элинор и Джемини, я полагаю.

— А я полагаю, что он просто избавился от тебя, чтобы ты не путался под ногами.

— Избавился от нас.

— Пф.

Хести дожевала печенье и уставилась в окно. Савьер тоже перевел взгляд на горы, возвышавшиеся над далеким лесом молчаливыми громадами.

«Сейчас отличный момент, чтобы попытаться сблизиться с ней», – подсказал внутренний голос.

— Хести, – откашлявшись, начал Савьер, – кажется, ты хотела научиться этикету?

— Может да, а может и нет. – Жрица снова пожала плечами и откинулась на спинку кресла. – Тебе так не терпится сделать из меня подобие прекрасной Элинор?

— Ты считаешь ее прекрасной? – удивленно спросил Савьер.

— А ты нет? – Хести прищурилась. – Она же выглядит как хренова императрица.

— С твоего позволения, она и есть «хренова императрица», – скрыв улыбку, сказал Савьер.

— Ну да, точно. Только вот править ей не суждено – Лаверн и близко не подпустит никого к вожделенному трону.

— Ты считаешь?

— Прекрати прикидываться идиотом. – Хести наклонилась и щелкнула пальцами перед носом Савьера. – Ты же сам знаешь, что твой братец одержим властью.

— Он считает, что Большой трон принадлежит ему по праву.

— А ты? – Жрица хитро улыбнулась. – Ты так не считаешь?

Несколько мгновений они смотрели друг на друга в полной тишине, затем Савьер вздохнул и отвел взгляд.

Хести наверняка видела его насквозь.

— Будет, калека. – Жрица вдруг хлопнула его по плечу. – Я ведь понимаю, каково быть братом властолюбивого идиота, развязавшего войну.

— Правда? У тебя тоже был брат, который…

— Мать, – перебила Хести. – Моя мать была властолюбивой… Ладно, идиоткой она не была, но власть любила не меньше твоего братца.

— Как она умерла?

— Тебе какое дело? – Глаза Хести сузились. – Никогда не спрашивай о ней.

— Я просто подумал…

— Что мы стали друзьями? Как бы не так, калека.

— Ты невыносима.

— Спасибо.

— Это не комплимент.

Савьер потянулся было к чашке, но Хести опередила его – схватилась за тонкую ручку, поднесла чашку к губам и одним глотком допила все, что в ней оставалось.

— Эй! – возмутился Савьер.

— Тебе жалко воды с малиной?

— Не жалко, но ты могла налить себе…

— Как с тобой сложно.

— Со мной?! – возмущенно воскликнул Савьер. – Это ты врываешься в мою комнату и спишь в моей постели, ты допиваешь мой чай и суешь нос в мои дела, ты…

— Будто тебе это не нравится, – проворковала Хести.

— Не нравится!

— Хватит врать. У тебя вообще были друзья, калека? Или ты провел все детство сидя взаперти, как принцесса в башне?

— Это не твое дело.

— Ага, значит, друзей не было. Тогда ты должен быть рад, что я теперь рядом.

— Если бы я просил у Трех друга, он бы не…

— Не – что, калека? – Хести подперла кулаком щеку и смотрела на него со скучающим видом. – Не помогал бы тебе спускаться по лестницам? Не согревал бы твою постель?

— Невыносимая, – сквозь зубы прошипел Савьер.

— Тебе лучше дружить со мной, знаешь, – неожиданно серьезно сказала Хести. – Кто знает, как повернется судьба и от кого в будущем будет зависеть твоя жизнь.

— Это угроза?

— Вовсе нет. Просто сила склонна переходить из одних рук в другие, – загадочно ответила Хести.

Савьер внимательно посмотрел на нее, но промолчал. Мог спросить, что она имела в виду, но понял все и без пояснений – Дом Хести использовал Лаверна в своих целях так же, как брат использовал жриц. Они стоили друг друга.