Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1 - Тан Ци Страница 149

— Дождаться, пока ты поправишься, и тогда что?

Он ничего не ответил и лишь спокойно смотрел на нее.

Ингэ соскользнула вниз и прильнула к его коленям. Вздохнув с облегчением, она сказала:

— Я буду ждать, когда тебе станет лучше. Поправляйся скорее.

Искусная кость с алой фасолью —

символ любви и тоски.

Тоска, что проникает в самые кости,

известна ль тебе, господин?[75]

* * *

А дальше было все, как и рассказывал мне Му Янь. Ингэ с Жун Юанем прожили вместе три года, любя и оберегая друг друга. Девушка всем нравилась в чжэнском дворце, а весной на второй год их жизни вместе она стала главной женой правителя. Не знаю, есть ли на этом свете настоящая вечная любовь. Вполне возможно, как и говорил Му Янь, чувства можно сделать вечными, лишь разрушив их в самый прекрасный момент, как это вышло с Шэнь Анем и Сун Нин.

Это страница истории царства Чжэн, которая никогда не была записана в летописях, та самая тайна, покрывшаяся мраком и пылью в стенах дворца. Жун Юань объявил во всеуслышание о том, что его жена Цзыюэ скончалась от болезни. С самого начала, когда мы узнали, кем была Ингэ на самом деле, нам стало ясно: за этой историей скрывается какая-то тайна. Однако никто не предполагал, что ею окажется всего лишь уязвленное самолюбие правителя.

На десятый год правления Цзин-хоу вскрылась подмена, связанная с попаданием Ингэ во дворец. Жун Юань пришел в ярость, и в наказание девушку сослали на гору Тинхуашань на десять лет – для осмысления своих ошибок. Целых десять лет ей запрещалось даже ступить с горной тропы.

Гора Тинхуашань находилась очень близко к границе царств Чжэн и Чжао среди густых лесов и других неприступных гор. Это была священная гора царства Чжэн. По легенде, она являлась воплощением богини, которой поклонялся царский дворец, поэтому мужчинам нельзя было туда забираться. И даже если это хотела сделать девушка, ей нужно было получить разрешение от дворца. Отступивших от этого правила ждала казнь всего рода.

В тот год Ингэ исполнилось двадцать три года. Она обманывала мужа на протяжении трех лет, а он решил похоронить всю оставшуюся у нее молодость – все десять лет – на этой отрезанной от всего мира глухой горе. Стражи выволокли ее из дворца Струящейся Луны. Ингэ даже не смогла увидеться с ним в последний раз.

Первые два месяца заточения на горе Тинхуашань она каждый день продумывала план, как бы ей прорваться через стражу и спуститься обратно. В итоге на ее теле не осталось ни одного живого места, но она все же пробилась сквозь лесные чащи. Днем и ночью Ингэ спешила во дворец, но услышала там лишь весть о собственной смерти от болезни и о том, что шестая наложница Хунчжу беременна.

Все тело Ингэ было изранено, что сильно замедлило ее продвижение. Не успев преодолеть и половины дороги, она была настигнута стражей, преградившей ей путь. Торговые кварталы города были пустынны, на небе висел растущий серп луны и несколько одиноких звезд. Жун Юань, который сейчас должен был быть за тысячи ли от этого места, поднял руку и откинул занавеску паланкина. Лунный свет падал вниз, освещая лицо, которое, казалось, таило в себе зарождающуюся снежную бурю.

Кончик ее ножа коснулся земли. Она приближалась к нему медленными шагами, словно опавший лепесток, гонимый ветром, оставляя за собой длинный кровавый след. Подняв на него глаза, затуманенные влажной дымкой, она хрипло прошептала: