В теле пацана - Игорь Павлов Страница 15

Подумал, подумал. Ничего на ум не приходит. Нищий я, нет у меня ничего здесь. А! Представил свой тапок из комнаты, проговорил тихо заклинание. Вроде не ошибся. И ничего не произошло.

Имиретта не унимается:

— Может, для первого раз стоит что-нибудь близко переместить? Давай мой подарок переместим.

Снял, вернул. Она за спину занесла, отойдя на десять шагов. Ждёт. Заклинание проговариваю, представляя браслет. И ничего. Вот же блин… у неё блёстки перед этим возникли. А у меня ничего.

Только о блёстках подумал, на ладошке заискрились голубые! Я ж елку с конфетти представлял. А они ещё крупнее становятся. На принцессу смотрю, никакой реакции. Она что, не видит, что происходит?!

Так, подождите. Блёстки есть, а где браслет?

Через мгновение в моей руке появляется браслет! Ваууу!! Чуть не выронил с испуга.

— Пламенно!! – изжит Имиретта, начинает прыгать и хлопать в ладоши от радости.

Меня и самого захлёстывает такой восторг, что сердце начинает биться, выламывая рёбрышки. А я ведь даже заклинание не сказал. Может, оно вызывает те самые блестящие частицы, которые и свершают главное? Так, а если…

Блёстки начинают искриться в руке от одной только мысли о них! Пространственное воображение у меня работает ого-го! Спасибо веку информации и графики.

Стоит только представить, и в руке оказывается тапок из моей комнаты. Настоящий!

— Огненно!! – Подскакивает принцесса, выхватывая тапок. – А ты говорил, что бред. Устыдись и возрадуйся.

Начинает кружиться, поднимая юбочку до уровня талии. И обнажая свои тоненькие трусики. Зрелище не для слабонервных. За всем этим делом поспевает ещё хвостик с бантиком. И волосы, как бушующее пламя, несутся в вихре. Не иначе, как танец дьявола-соблазнителя.

Останавливается неожиданно резко. Щёки раскраснелись у девицы. Смотрит, голову немного склонив. А затем заявляет несколько хищно:

— А теперь ты прячься.

Секунды две мешкаю, пока она не начинает считать, при этом скалясь! В змеином взгляде азарт. Ух!!

Срываюсь, бегу куда глаза глядят. А сил бежать и нет. Ножки трясутся, шаркаю по траве, выдавая направление своего бегства. И почему-то легко сдаваться, прячась близко, совсем не хочется. Миную один ряд кустарников, второй, третий, выбираю куст погуще, сажусь в него, сгруппировавшись, и притихаю.

Пытаюсь выровнять дыхание, вслушиваюсь. Считать ведь уже перестала! Минуты ожидания разгоняют сердечко. Почему я так волнуюсь из-за какой-то детской игры? А если это у неё охота такая? Ух, хищница. И почему же в груди так тепло…

За спиной прыскает! И у меня чуть сердце не падает в трусы от страха. Кажется, кто-то просто не смог сдержать смеха! Оборачиваюсь, а принцесса прямо за спиной сидит! И, похоже, уже какое-то время.

Минуту я слушаю, как она ржёт, уже не сдерживаясь. Мне так нравится, как она смеётся, что сижу и тоже улыбаюсь. А затем вылезаю и иду к краю платформы, к перилам, до которых всё никак дойти не получалось.

Облокачиваюсь на перила из камня. Впереди нет башен, свободный обзор. Внизу город, ещё меньше. А стена городская будто бы ближе. Мы очень высоко, над крышами домов серо-белая дымка. С этой стороны сплошные горы.

Подходит, пристраиваясь так близко, что чувствую её жар.

— Ты обиделся? – спрашивает тихо и так спокойно. Полный контраст после раскатистого истеричного смеха.