S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш - Владимир Сухинин Страница 177

Камень с тяжелым сердцем смотрел им вслед, словно прощаясь навсегда. Затем стряхнул с себя хандру и отдал приказы:

— Миша, – позвал он минера, – бери машину и отвези разведчика с пулеметом до середины дороги отсюда до въезда, там холмик есть, пусть сидит там. Оборудует огневую точку и контролирует путь. Оттуда начинай минировать. Гриф пусть прикрывает дорогу через сто метров с гранатометом. Снайпер на крыше, я – резервный, машину поставить впереди перед хоздвором за деревьями, спрятать под сеткой и ветками. Если беда придет большая, пусть крошат ее из пулемета на маленькие беды.

Бойцы, услышав шутку, заулыбались. Напряжение, возникшее из-за перепалки Сергея и его жены, стало спадать. Появились дела, в которых они разбирались лучше, чем в семейных ссорах.

К ночи все было сделано. Мины расставлены, бойцы распределены. Каждый знал, что ему делать. Все были опытными вояками, совершившими не одну вылазку в опасные места. Обстрелянные и умелые. Камень сидел рядом со снайпером на крыше. Его стал охватывать нервный азарт, как перед боем. Снайпер это заметил.

— Чувствуешь приближение боя? – спросил он.

Камень подумал и ответил:

— Чувствую, Коля, и чувствую, несладко нам придется. Будь готов ретироваться.

— А как же ребята?

— Тут, Коля, каждый должен думать, как задачу выполнить и живым остаться. Как ты думаешь, что за беда от овощехранилища идет?

— Муры?

— Муры, – согласился Камень, – только не простые муры с бритами идут, это я кожей чувствую.

— Так она у тебя каменная…

— Это да, – улыбнулся Камень. Его дар был особенный, кожа становилась как броня – ни пуля, ни нож ее взять не могли.

Ждать пришлось недолго, тишину разорвали взрывы и треск коротких пулеметных очередей.

После взрывов и пулеметной стрекотни наступила томительная тишина. Камень прошептал:

— Смотри вправо и на дорогу – моя левая сторона и тыл. – Он стал вызывать по рации своих бойцов: – Сосна, я Дуб, как слышишь, прием. – Ответом ему была тишина. – Лист, я Дуб, как слышишь, прием…

Гранатометчик тоже не ответил.

— Колеса, я Дуб, как слышишь?

— Я Колеса, слышу тебя, прием.

— Колеса, подгоняй машину к воротам, уходим.

— Понял, Дуб, сделаю.

— Коля, – Камень позвал снайпера, – спускайся с крыши и жди у ворот броневик, уходим. Я прикрою.

— А как же ребята?

— Их уже нет, Коля, они не отвечают на вызов.

— А водила?

— Он машину к воротам подгонит. Быстро, Коля, некогда ждать, – прикрикнул Камень.

Снайпер бесшумно спустился с лестницы, его движения были подобны тени в ночи, плавные и уверенные. Он проскользнул через двор, словно призрак, и у самых ворот его тело вдруг рухнуло, как подрубленное дерево. Камень, молча наблюдавший за этой сценой, видел, как неестественно завалился снайпер, будто невидимая рука безжалостно подрезала ему путь. В сумраке ночи это падение казалось не случайным оступившимся шагом, а преднамеренным ударом, который лишил Колю жизни.

Камня пронзила догадка, словно молния. Инвизор.

Он стремительно применил свой дар и, оттолкнувшись от крыши, словно от трамплина, метнулся прямо к снайперу. Воздух разорвал оглушительный треск его прыжка, а затем последовал глухой удар ног по чему-то мягкому. В тишине раздался приглушенный крик, похожий на предсмертный стон. И в этот момент, когда сердце Камня бешено колотилось, он почувствовал, как лезвие ножа ударило его ногу, но со звоном отскочило, не найдя силы преодолеть преграду.