Золушка. Революция - Ямиля Нарт Страница 18

Она подлетела к столу и аккуратно положила свиток на самый край, на чистое место, где его невозможно было не заметить. Устроилась сверху, свесив ножки, и с минуту смотрела на свою находку с удовлетворением.

— Ладно, хоть помогу дурочке. А то она там сомневается, метается, бедная.

С этими словами она снова рассыпалась мириадами серебристых искр и исчезла, оставив в неподвижном воздухе лишь легкий, едва уловимый аромат полевых цветов.

На следующее утро, когда первые лучи солнца упали на разложенные на столе бумаги, Кассиан собирался наконец убрать хаос со стола. Его взгляд, затуманенный усталостью, скользнул по знакомым переплетам, и вдруг он замер. На самом краю стола, там, где еще вчера вечером была лишь полированная древесина, лежал старый, потрепанный свиток.

Кассиан он протянул руку и развязал нить. Пергамент был исписан причудливыми, угловатыми символами, которые словно двигались при свете.

Едва Логан переступил порог библиотеки, Кассиан молча и нетерпеливо протянул ему свиток.

— «Ритуал Явления», — прочел Логан вслух, его глаза бегали по строчкам, и с каждым прочитанным словом его лицо становилось все серьезнее. — «…требует колоссальной магической подпитки… позволяет установить связь во сне с любой душой, независимо от разделяющих их миров и расстояний…»

Он поднял взгляд на Кассиана, и в его глазах читалась смесь надежды и тревоги.

— Энергия малого вулкана… Это безумие. Такой расход пыли опустошит королевскую казну. И нет гарантии, что это сработает. Откуда вы взяли этот манускрипт?

— Он появился здесь ночью, — тихо ответил Кассиан. — Сам по себе.

Логан снова посмотрел на свиток, затем на принца.

— У нас нет выбора, Артур, — тихо, но твердо сказал Кассиан. — Это единственная нить. Мы должны попытаться. Мы используем этот ритуал. Сегодня же ночью.

Решение было принято. Цена не имела значения.

Глава 6. Его величество Выбор и его верный паж — долг

Прошло два дня. Два дня, наполненных непривычной обыденностью. Я просыпалась в своей старой комнате, и первое мгновение всегда было дезориентацией: я ожидала увидеть высокий потолок с лепниной своей спальни в Лунной Даче, услышать пение птиц в саду, а вместо этого на меня смотрели знакомые обои с едва заметным цветочным узором, и в уши бил городской гул за окном.

Мои дни были заполнены делами. С утра — обязательный визит в больницу к Виктору. Каждый раз, когда я переступала порог его палаты, я с замиранием сердца искала в его глазах признаки тоски или отчаяния. Но их не было. Виктор держался с привычной, стоической выдержкой. Он аккуратно принимал лекарства, выполнял предписания врачей, а в остальное время внимательно изучал мир через экран планшета. Аня закачала ему документальные фильмы об истории, технике, географии. Он смотрел их с сосредоточенным выражением лица первоклассника, впитывая информацию о самолетах, электричестве, мировых войнах и полетах в космос.

— Удивительный мир, мисс Элис, — сказал он как-то раз, когда я застала его за просмотром ролика о строительстве небоскребов. — Столько нового… и всё — без единой крупицы магии. Жаль только, что применяют они свои изобретения не всегда разумно.

Он ни разу не пожаловался. Ни на боль, ни на странность всего окружающего, ни на тоску по дому. Его молчаливая преданность была одновременно опорой и укором. Он принял свой выбор — следовать за мной — и теперь нес его безропотно, предоставив мне решать нашу общую судьбу. Эта тихая покорность давила на меня сильнее любых упреков.