Армагеддон - Владимир Сухинин Страница 18

— Я силен и свеж, как в юности…

— Ну да, я же забыл, что ты в молодости был дурак, а как состарился, то стал как молодой.

Быр Карам задумался, желая постичь сказанное стариком. И не зная, что сказать, решил промолчать и выпил полный кубок вина. Все знали, что язык у Шырбрума что бритва. С таким спорить – себя выставить дурнем.

— Вот послушай, – начал Шырбрум, и в его прищуренных глазах затаилась усмешка. – Взгляни на ситуацию сверху. Мы находимся у восточных границ Леса, а на севере армия Леса терпит поражение в горах снежков…

— Так уж и терпит? – недоверчиво прервал его Быр.

— Да, иначе и быть не может, – уверенно кивнул старик. – С северо-запада по империи гуляют орды орков, угрожая Лесу с севера. А с юга к его границам стекаются племена кочевников, которых теснят поклонники столбов. Лес окружен со всех сторон, и у него нет сил остановить вторжение. Его армии сражаются в Снежных горах, а в само́м Лесу действует лишь ополчение. Если бы Сын захотел, мы бы взяли столицу, а ты – весь север Леса с городами и базами снабжения. Но мы сидим здесь, понимаешь?

— Нет, – покачал головой подвыпивший Быр Карам.

— Сын не желает гибели первородных, он смирит гордость ушастых и сломит их ослиное упорство. Ушастые давно уклонились от поклонения Отцу… Пришло время вернуть древние верования. А голос Сына получит надел и в Лесу. Вот увидишь, это исполнится.

— И когда это произойдет? – спросил Быр, хмель с которого слетел, как цвет вишни от ветра.

— Когда снежки разгромят армию вторжения и вторгнутся в пределы Леса, тогда лесным первородным явится Голос Сына и объявит им условия мира.

— Ну ты и сказал, – рассмеялся Быр, – чтобы хуман диктовал свою волю Лесу…

— Не свою, Быр, чем ты слушаешь? Волю Сына, а значит, и Отца.

Быр Карам замолчал на полуслове и уставился на старого походного вождя.

— Ты это серьезно? – спросил он.

Шырбрум лишь осуждающе покачал головой:

— За что тебя хан назначил правой рукой, Быр?

Быр погрозил пальцем старику:

— Говори по делу, кусок старого мяса, я охраняю покой хана. И даю советы…

— Ну, видимо, ты как советник ему уже не нужен, раз ты тут, когда такие дела происходят в степи.

— Какие такие дела? – насупился Быр Карам.

— Неважно, – ответил Шырбрум. – Я уверен, мы на Лес больше не пойдем, но выполним волю Отца и станем его орудием. Вот за это, каменная башка, и выпьем. – Он поднял кубок. – За победу Сына, Быр…

* * *

Снежные горы. Город дворфов Выршанр

Перед городом дворфов Выршанром словно стражи древнего бастиона возвышались баррикады из тщательно вытесанных каменных блоков. На возвышении грозно застыли большие стрелометы, а наряд стражи нес службу с бдительной суровостью.

Невысокий дворф, заметив двух путников, вышел им навстречу. Его голос, резкий и властный, прорезал тишину:

— Стой! – крикнул он, направляя самострел на незнакомцев. – Кто такие, куда направляетесь?

— Это лер Чарта-ил, глава Высшего совета Снежного княжества. А я Эрна, вассал Ирридара Тох Рангора, герцога фронтира, – ответила девушка. Имя союзника дворфов, хумана Тох Рангора, вызвало на лице стража радостную улыбку.

— Проходите, господа. Вы – вассалы нашего союзника, наши друзья. Таков приказ святого папы Бурвидуса, – дворф стукнул себя по лбу, груди и плечам, присел и произнес: «Ку». Эрна машинально повторила этот жест, перекрестив себя. И тоже, присев, произнесла: «Ку».