Небесный город - Критика Рао Страница 197

И тут появился Дхрув, поспешил к ней, сел на пол и погладил по волосам.

— Тихо, – сказал он. – Тихо. Успокойся. С тобой все в порядке. Ты в безопасности.

Он поддержал ее, когда она попыталась сесть. В горле у Ахильи скребло, будто туда засыпали наждак. Она потянулась за кувшином, который поднял Дхрув, отбив ее слабые попытки схватиться за него. Он налил воды в маленькую чашку и протянул ей. Ахилья жадно выпила, расплескивая на себя воду, одну чашку, затем другую и еще одну. Дхрув наблюдал, его глаза за стеклами очков были налиты кровью.

— Что… – начала она, но голос прозвучал тише шепота.

Она не была уверена, что вообще что-то сказала. Горло жгло. На глазах навернулись слезы и потекли по щекам.

— Давай-ка притормозим, – сказал Дхрув, осторожно вытирая их краем рукава. – Ты сильно пострадала, сломала руку, возможно, у тебя сотрясение мозга, и тебя чуть не задушили.

— Та…я… мальчики…

— Они в безопасности. Тарья пошла перекусить. Она скоро вернется.

— И…а…ва-а-ан…

— Тебе нужно отдохнуть, – Дхрув поставил кувшин, который держал в руках, и снял очки. – Прошло всего две недели с момента нападения. Тебе необходимо еще подлечиться.

Две недели.

— Ираван… – прохрипела она более настойчиво.

Гелиотехнолог внимательно изучал ее, лицо у него было серьезным и усталым. Глаза Ахильи наполнились слезами, она начала всхлипывать, в горле запульсировало, паника заполнила легкие.

— Он жив, – поспешно сказал Дхрув. – Ахилья, пожалуйста, Ираван жив, хорошо? Он жив.

Ахилья уставилась на него в поисках намека на ложь на лице, но Дхрув не стал бы ей лгать – только не об этом.

— Пожалуйста, – сказал он срывающимся голосом. – Просто ляг на спину.

Давление в легких Ахильи немного спало.Он жив. Она повиновалась, и Дхрув исчез из поля зрения.

Она не знала, сколько прошло времени, но, когда проснулась в следующий раз, она была одна. Ахилья медленно села. У нее болело все тело, каждая мышца. Правая рука была в гипсе из коры, но она могла двигаться. Она коснулась бороздок на шее. Кожа была в синяках, но шишки уже уменьшались.

Подъем занял много времени. Ахилье пришлось схватиться за стену, чтобы подтянуться и встать. Она была в маленькой палате. Если бы она встала в центре и вытянула руки, то коснулась бы противоположных стен. Ахилья пожелала, чтобы кора раздвинулась, и та раздвинулась, открыв выход в узкий коридор. Спотыкаясь, она двинулась по нему, сбитая с толку. Коридор, освещенный крошечными светосферами, вел на балкон. Ахилья, пошатываясь, подошла к перилам и посмотрела вниз. Там, в пространстве, что казалось крошечным внутренним двориком, искрился сине-зеленый свет – свет траектирования. Диск архитекторов. Она была в храме Накшара. Накшар выжил. Но его форма… такая форма… Она была так высоко.

Сердце Ахильи снова учащенно забилось, и сильно закружилась голова. Храм был похож на гигантский улей, сотня узких коридоров уводила в темноту от балконов в центре. Прищурившись, она увидела другие фигуры, облокотившиеся на перила на нижних уровнях. Казалось, все жители Накшара собрались в храме. У нее закружилась голова. Этот дизайн напоминал архитектуру для приземления, созданную несколько недель назад. Архитектуру, созданную Ираваном. Может, наступило еще одно затишье? И они наконец приземлились? Где же Ираван? Почему не пришел к ней?