Предречение - Артем Барабашкин Страница 199

— Я очень хочу уйти, – прошептал Корнелио. – Но ты… У тебя есть какая-то власть надо мной. – Он обернулся. Фелиция бросилась ему на шею, коснулась своими губами его.

— Не торопись, – Корнелио отстранился. – Зло, что отравило твою душу, через уста мои проникнет словно яд, – процитировал он Книгу Экхалора.

Фелиция улыбнулась. – Ты, наверное, единственный церковник, который смог простить демона.

— Экхалор учил прощать.

— Даже демонов?

— Повелитель Бездны сказал, что ты демон только наполовину.

— Но ты действительно любишь меня?

— Угу.

— Теперь я понимаю.

— Понимаешь, что плохой из меня церковник получился? Это любовь демоническая, не от Экхалора. Мне кажется, что я охвачен страстью любви, а на деле одержим Роадранером.

— Тише, – Фелиция прикрыла его губы нежным прикосновением пальцев. – Это заблуждение, – прошептала она на ухо охотнику. Корнелио почувствовал, как по коже побежали мурашки. – У Роадранера нет такой власти над сердцами людей. Твоя любовь настоящая, а не наваждение, как и моя.

— Он удивился, когда узнал, что ты можешь любить.

— Он ничего не знает о чистой любви, он понимает только страсть.

— Я не понимаю ни того, ни другого, – Корнелио покачал головой. Фелиция тесно прижалась к нему, её пальцы поглаживали мочку его уха. Он почувствовал слабое головокружение и прилив крови внизу. Греховное желание, которое он столько лет пытался подавлять. Корнелио понимал, что еще немного, и он сломается.

— Я тоже ничего не знаю о любви и страсти, – Фелиция обхватила голову охотника, поглаживая подушечкой большого пальца его шрам. – Я первый раз стою к мужчине так близко.

Корнелио снова попытался отстраниться. – Ты же распутный демон. У демонов есть девственность?

— Я лишь наполовину демон. – Фелиция отпустила его голову и сделала шаг назад. – Я бы никогда, никому, кроме любимого не позволила бы прикоснуться к своему телу. Почему ты хочешь обидеть меня?

— Я… не хочу. Просто пытаюсь свалить вину за мой грех на тебя.

— Оставь эти мысли, – Фелиция вновь приблизилась. Корнелио уже не пытался вырваться из её объятий. – Экхалор освятил союз, совершаемый по любви. – Она мягко коснулась губами его уха и потерлась нежной кожей щеки о его колючую бороду.

— Я думал, что ты ничего не знаешь об экхалорианстве.

— Только это. Отец сказал мне эти слова, когда впервые сообщил правду о матери.

— Твоя мать любила?

— Я думаю, да.

— Это невозможно.

— Знаешь как Роадранер делал новых демонов? Его слуги похищали нерожденных детей, прямо из утробы их матерей, он вливал в них магию, меняя и искажая замысел Экхалора. Так он делал новых слуг, могущественных и испорченных. Но в глубине души они оставались людьми. А моя мать больше остальных.

Корнелио чувствовал себя Экхалором, что противостоял искушению перед блудницей. Но Корнелио не был Экхалором и проиграл чарам Фелиции.

— Наверное, твоя мать была демоном-искусителем, – Корнелио обнял Фелицию и теснее прижал к груди. Охотнику показалось, что он прыгнул в бурлящие воды водопада и избавился ото всех преград на свете. Он часто дышал, все активнее ощупывая женское тело в своих руках.

— Это байка… Таких демонов… не существует, – Фелиция как одержимая вцепилась в него и кусала его губы, осыпала поцелуями лицо, словно не верила возможности творить с Корнелио что ей только угодно.