Бастионы гордыни - Алекс Каменев Страница 20

— И тогда наша старушка Земля всем покажется удивительно тесной, – улыбнулся я и сам себя поправил: – Уже кажется тесной.

Барсик повернулся на голос, посмотрел своими невозможно синими глазами и мотнул лобастой головой, словно говоря: и не говори, не планета, а какая-то каморка, пора уже раздвигать пределы возможного.

Я тихо рассмеялся, потрепал тигра по загривку.

— Ты прав, бродяга, пора.

Я легко поднялся, кресло из льдистой субстанции беззвучно влилось в пол, исчезнув, словно его никогда здесь не было.

Пас рукой, небольшое усилие – и в двух шагах впереди по воздуху прошла едва заметная рябь, открывая призрачную тропу сквозь пространство. Не дожидаясь приказа, Барсик легко вскочил на ноги и одним прыжком рухнул в образовавшийся пролом в материи окружающей реальности.

— Неугомонная туша, – проворчал я, в последний миг успев стабилизировать переход. Все-таки он не я, требуется дополнительная энергия для переброски сквозь структуру портала.

Сколько в нем живого веса? Четверть тонны? Не меньше. Масса больше, а значит, нужно больше энергозатрат для перехода.

— Когда-нибудь ему точно башку оторвет.

Я еще раз огляделся, бросил прощальный взгляд на город внизу и шагнул вслед за тигром.

* * *

Легкая дезориентация, и вот я вновь стою на ровной площадке из льда, но на этот раз не колдовского, а самого что ни на есть обычного. Портал перенес меня глубоко под землю, в глубины Арктики. Именно здесь находился один из самых секретных объектов клана Строгановых, о котором не знали даже наши ближайшие союзники.

Мое появление заметили, несколько человек повернули головы, но не сделали попыток подойти. Люди в белых утепленных комбезах продолжали заниматься своими делами.

Барсик молнией шнырял между пластиковых контейнеров и ящиков, к чему-то напряженно принюхиваясь. Наверняка нацелился разорить местные продовольственные запасы. Не буду ему в этом мешать.

— Ваше сиятельство, – откуда-то сбоку вынырнула приземистая фигура.

Генрих Богданович Кнабе, мировое светило магической науки, как всегда выглядел немного рассеянным и отвлеченным. Неожиданное появление покровителя его главных научных работ ученый встретил слегка недовольно. В голосе старика отчетливо прозвучал невысказанный вопрос: что надо, во имя всех погасших звезд?

Я едва не рассмеялся, настолько красноречиво было выражение лица старика. Не любил профессор, когда его отвлекают от любимых игрушек.

— Здравствуйте, Генрих Богданович, – как и прежде, я не обратил внимания на его недовольство. Еще несколько секунд он с укором смотрел на меня, пытаясь вызвать смущение от осознания факта, что своим присутствием ему мешают работать (с другими гостями такой трюк неоднократно срабатывал, но не со мной). Я продолжал безмятежно смотреть профессору в район подбородка, с рассеянной улыбкой прикидывая про себя, на сколько его хватит на этот раз.

Ровно на двенадцать секунд. Своеобразный рекорд для упрямого старика.

— Вы… эмм… что-то хотели? – Кнабе помедлил и, словно опомнившись, добавил: – Ваше сиятельство.

«Оставить его, что ли, здесь на пару лет?» – рассеянно подумал я, отворачиваясь и окидывая окружающее пространство беглым взглядом.

Передо мной раскинулась гигантская ледяная пещера. Потолок в некоторых местах доходил до высоты двенадцатиэтажного дома. Неровные стены изобиловали наростами. Относительно ровный пол покрывал небольшой слой снега. В самом дальнем углу возвышался объект исследований неугомонного профессора – гигантская темная пирамида.