Найди меня, держи в своих руках – не отпускай - Ольга Токарева Страница 204

Нарима сменяют какие-то люди, опять спрашивают что-то, но мое сознание никого не впускает, оно словно закрыло меня от всего внешнего мира. В какой-то момент веки тяжелеют, долгожданный сон уносит меня в царство счастливого детства, где я, смеясь, обнимала отца, а он шептал мне, гладя прохладной рукой рыжие волосы: «Лисенок… Милый мой маленький лисенок, помни, мы тебя очень любим…»

Иногда я выплываю из забытья, но вновь погружаюсь в него, в надежде вновь почувствовать прикосновение родных ладоней и услышать шепот: «Лисенок… Ты должна жить! Жить… жить…»

— ЖИВИ, — кричит мне огненная птица. — СПАСИ МЕНЯ! Спаси… спаси…

Вынырнув из очередного забытья, чувствую запах шафранового облака, облизываю пересохшие губы и с трудом размыкаю глаза. Рядом со мной лежит Нарим; его густые ресницы беспокойно вздрагивают во сне, под глазами черные тени. Красиво очерченные губы напряжены.

В эти мгновения хочется быть художником. Протягиваю руку к его лицу и, не дотрагиваясь, обвожу контур его губ, чуть улыбнувшись.

Горячая рука принца мгновенно перехватывает мои пальцы, и он подносит их к своим губам. Душа трепещет от этого легкого, ласкового прикосновения. И я тону в его серо-голубых глазах, смотрящих на меня с тоской.

— Я очень переживал. Иногда казалось, что ты не вернешься. Целители разводили руками, говорили, что не властны над чужой душой. А твоя душа не хотела возвращаться. Расскажи, что тебя так ранило?

— Это уже не имеет никакого значения. Я здесь и уже никуда не уйду. — Именно в эти мгновения я понимаю, за кого удержалась моя душа в этом мире, кто стал для нее якорем. Мне захотелось верить. Верить, что, может, в этот раз я узнаю, что значит любить.

Оказывается, в беспамятстве я провалялась неделю. Похудела так, что страшно было на себя смотреть.

Наримвозится со мной, как с маленькой. Не доверяет служанкам мое хрупкое тело, носит на руках в купальню и обратно. Я, смущаясь, прикрываю округлости своих грудей руками, прошу его уйти, но он и слушать не хочет. Укутывает меня в легкое покрывало и, держа на руках, кормит с ложечки, как маленькую.

Я очень быстро привыкаю к Нариму. Стыдливость иногда напоминает о себе, но я гоню ее прочь. Принц имеет целый гарем, так что женскую физиологию прекрасно представляет. Да и поправляюсь я очень быстро, набираю потерянные во время беспамятства килограммы.

Сидеть целый день в одиночестве быстро надоедает, и тогда прошу Нарима принести мне книги о мире Эйхарон. Он удивляется, но приносит. Открыв увесистый талмуд, погружаюсь в описание мира, в котором очутилась.

Планета Эйхарон располагает четырьмя крупными материками и примерно десятью небольшими. Самые большие материки — Аргарон и Тарнас. Об Аргароне не узнаю практически ничего нового, а вот о Тарнасе интересно почитать. На этом материке жители состоят из орков, гоблинов, демонов и простого люда. На двух других материках, Оргальдаре и Шангри, живут эльфы и оборотни. Остальные материки мало изучены, потому что туземцы не допускают на свои земли чужаков.

Время летит так стремительно. Вот уже пролетело три месяца, как я занимаю покои среднего ненаследного принца Нарима. Нужно что-то решать с моим возвращением в семью Виттории, но почему-то мне страшно. Не смогу я притворяться. Да и, как уйти от Нарима, не представляю.