Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 209

Больше ни у кого вопросов не было. А я вдруг поняла, за что уважают Мечислава. Сейчас передо мной сидел не озабоченный сексом мальчик-зайчик. Этот мог и построить кого угодно, и заставить себя выслушать. И, как бы тяжело ни было, подчинить себе и свои чувства и эмоции. До сих пор что-то подобное я видела только у деда. Вот не думала, что сравню этих двоих.

Мечислав тем временем вышел из комнаты. Даниэль провел губами по моей щеке.

— Малыш, он прав. Мне бы тоже надо выспаться.

— Спокойного дня, любовь моя, – улыбнулась я, возвращая поцелуй.

Надя закашлялась. Мы с неохотой оторвались друг от друга, а Даниэль вытащил ладонь из-под моего свитера. И когда только успел? Кажется, мы немного увлеклись.

— Что?

— Ребята, я уйду, потом займетесь сексом, ладно?

А то мне даже как-то неловко.

Мы смутились. Потом почти хором извинились – и Даниэль отправился – таки в спальню. А я посмотрела на подругу.

— Ну что, пойдем погреем пиццу и посплетничаем? Чем мы и занимались следующие четыре часа. Уничтожили пиццу. Нашли в шкафу бутылку вина – и приговорили ее под задушевную беседу.

— …

— Ну что, колись подруга! Почему ты вдруг – кудряшка?

— Это Мечислав так меня прозвал. А я тогда не могла спорить, потому что с ног валилась от усталости. Кстати – мне кажется, он использует прозвища, чтобы не запоминать имя очередной пассии. Рыбка, зайка, киска…

— И тебе это нравится?

— У меня просто сил не хватает с ним спорить. Или находится более важная причина поругаться.

— А как Даниэль к этому относится?

— По-моему, он ревнует.

— А есть с чего?

— Есть. Что теперь поделать, если Мечислав может соблазнить целое движение амазонок одной клыкастой улыбкой?

— А он тебе только улыбался?

— Не только, – вздохнула я.

— А что тогда?

— Еще и заигрывает.

Я уже успела рассказать Наде все, что произошло со мной за эти четыре дня. В подробностях. И теперь подруга сопоставляла факты. Я ей не мешала. У меня своих дел хватало. Хотя бы налить себе еще вина и откупорить эту идиотскую банку с оливками!

— Юля, все это очень странно.

— Почему?

— Смотри. Кто-то вас выдал. Если за вами не следили, то откуда и те и эти взяли ваш адрес? И потом, Даниэль – мужчина или уже где?! Мне не нравится его поведение!

— Почему?!

— Или он тебя не любит, или не считает нужным ревновать к Мечиславу.

— Ничего не понимаю.

— А ты попробуй подумать для разнообразия! Мечислав предлагает тебе такую связь, которая вяжет попрочнее стального троса, так?

— Так.

— А что Даниэль?! Он даже не пытается бить тарелки! В конце концов, ты могла бы стать его… как там бишь его?

— Фамилиаром.

— О! Точно! Фамильярностью! Так нет же! Он все тебе рассказывает, а потом уходит и оставляет поле действий Мечиславу. Не слишком ли это мило?

— Достаточно интересно, – признала я. – Но мало ли что? Первая Печать – это вовсе не обет любви и верности.

— Кто бы спорил. Но очень близко к этому! Разорватьто ее нельзя?!

— Нельзя. Только если смертью одного из участников. И то никакой гарантии, что второй это переживет.

— Очень интересно. Тогда смотрим дальше. Мечислав делает тебя своим фамилиаром, а что делает наш Ромео? Становится в интересную позу?! А потом поворачивает все так, что ты еще и виноватой оказываешься! Не слишком ли интересно?

— Надюша, а к чему ты ведешь?