Заглянувший - Анастасия Райнер Страница 211

На полотне сразу появились темные шипы, агрессивные всплески и грязные разводы. Мелкие серые мазки накладывались поверх и выражали оцепенение и страх, тоску и уныние. То и дело полотно перечеркивалось черными жирными полосами. Пребывать в аудитории стало неприятно. Я словно сам претерпел невыносимые страдания, и смотреть на получившийся рисунок совсем не хотелось.

Армвелл поднял руку. Все прекратилось. Полотно очистилось и вновь стало белым, а я облегченно выдохнул.

До этого эксперимента я и не догадывался о степени своей восприимчивости. Мои мысли способны настолько пагубно влиять на настроение и самочувствие, что я всерьез начал опасаться самого себя.

Между тем урок продолжился.

— А теперь подумай о том, кого любишь, и вспомни самую красивую музыку.

На белом холсте стали вырисовываться симметричные узоры. Они распускались, словно цветочные бутоны, и разрастались, как снежинки. Цвета – спокойные, приятные, нежные. Только самые чистые оттенки и плавные переходы от одного цвета к другому. Рисунок сиял и переливался, он был прекрасен.

— Посмотри на эту часть полотна. – Армвелл провел рукой там, где изображение походило на снежинку. – Четкость очертаний, геометрическая точность и симметричность указывает на мысленную ясность. Здесь твои мысли максимально сконцентрированы и сильны, а вот здесь, – он указал на размытое розовое пятно, – ты упустил сюжет.

Спустя несколько уроков я научился достигать того результата, которого от меня ждали. Мысли стали краткими, но емкими. Когда я их отключал, полотно очищалось, и на нем больше не проявлялось иного цвета, кроме белого.

Армвелл был доволен моими успехами.

— Старайся выражать словами, действиями и мыслями только те качества, которыми хочешь обладать, и вскоре обнаружишь, что цель достигнута, – сказал он. – Например, какую из привычек хочешь побороть?

Я задумался, перебирая в голове варианты, но, в сущности, серьезно беспокоила лишь одна черта:

— Мне мешает гнев. Он заставляет разум вспыхивать огнем. Ярость тлеет долго и переходит в ненависть, а она, в свою очередь, углем чернит душу. Легко очищать полотно разума от мыслей, когда ничто их не провоцирует. Но когда рядом появится архант, вряд ли я смогу остаться спокойным так же просто, как сегодня, – по щелчку пальцев.

— Не причисляй архантов к врагам. Они своего рода воспитатели, поскольку обличают твои слабые стороны, указывая на необходимость их устранения. Нужно выработать привычку к чистому мышлению, и тогда обновленная энергетика сама перестанет воспринимать негативное влияние извне.

— Это просто в понимании, но сложно в исполнении.

— Неистощимый родник светлой энергии вокруг нас, Шейн. Посмотри, какая здесь красивая природа. Уделяй больше времени прогулкам по лесу, черпай силы в хвойной свежести, в великолепии горного озера, и твой дух преобразится. Не забывай: спокойствие производит гораздо больше уважения, нежели суетливость, лишенная выдержки. Кстати, о спокойствии.

Армвелл вынул из кармана мантии кожаный мешочек, перетянутый лентой:

— Здесь твое упражнение на терпение. Уединись, открой его и поймешь, что делать дальше.

Я взял увесистый мешочек и поблагодарил наставника. Выйдя в сад, я устроился за деревянным столом, развязал ленту и раскрыл мешочек.