Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 1 - Шуан Мэйхуа Страница 23

— Этот демон… он все крушит. Его нужно срочно вывести из города. – Люй Яо привстал и одернул одеяние. Выхватив из рук мальчика бамбуковый веер и подняв на руки, он обратился к принцу: – Я займусь этим, но не забывайте о своем обещании. Вы должны вести себя достойно. Никакого самовольства. Вы будете поступать так, как велит вам ваш отец-император, и женитесь на наследной принцессе из Гунхуа…

Ю Вэйюань на прощанье мягко ущипнул мальчика за щечку. Уголки его губ потянулись вверх, но в глазах читалась печаль.

— Держись подальше от людей. Даже когда они обещают тебе еду и сладости, не доверяй никому. Понял?

— Даже тебе, гэгэ?[38]

Наградив курносый нос легким щелчком, принц сложил руки за спиной и кивнул:

— Даже мне…

Недовольно потирая нос ладошками, мальчик покачал головой:

— Не доверять тому, кто помог мне? Это неправильно. Тот гэгэ, что держал нас в клетке, тоже сначала поступал плохо, а потом сам нас освободил…

— Зачем ему было вас выпускать? – спросил Люй Яо с недоверием.

— Я не знаю… Он сказал, что теперь мы свободны и можем идти домой…

Слова мальчика показались принцу подозрительными, но Люй Яо поспешил предостеречь Ю Вэйюаня:

— Это уже не имеет значения. Тот человек мертв, он ничего вам не расскажет. Не стоит верить словам напуганного ребенка. Ступайте спать…

— Наставник, вы назвали его ребенком. Значит, вы не бессердечны.

— Негодник! Смеете ловить своего наставника на словах? С возрастом вы становитесь только хуже. Вас следует хорошенько выпороть. Может, тогда научитесь быть послушным.

— Если мой наставник лично займется этим, я согласен стерпеть и пятьдесят ударов плетью…

— Гэгэ бить нельзя! – возмутился мальчик. – Если кто-то обидит гэгэ, будет очень плохо. Будет беда. Будет… м-м-м…

Люй Яо быстро прикрыл ему рот ладонью, раздраженно шикнув:

— Ш-ш-ш… Какой же неугомонный…

Мальчик наконец замолчал, но его взгляд продолжал светиться искрой непокорности. Ю Вэйюань, глядя на него, не мог не улыбнуться.

* * *

Передохнув после бессонной ночи, Ю Байху вместе с Ю Вэйюанем в сопровождении двенадцати императорских стражников вышел за пределы дворца. На улицах по-прежнему было людно и шумно, а солнечные лучи испаряли последние дождевые капли.

Приблизившись к главной улице, все они почувствовали неприятный запах горелой плоти.

В центре столицы Чжиюнхая возвышался постамент: Сын Неба в доспехах из чистого золота пронзал острым клинком медную коленопреклоненную статую Цзюнь-шан Лун Чжи, держащего на руках бездыханное тело своего названого сына Лань Шицана.

Белые цветы вокруг постамента были запятнаны грязью и пеплом, а по кругу были прибиты двадцать три столба, к каждому было привязано тело. Казалось, здесь до сих пор раздавался детский крик ужаса и боли. Будто эти мертвые дети все еще кричат, моля о пощаде.

— Ох… – вырвалось у Ю Вэйюаня.

Присмотревшись к трупам, принц заметил у одного из них железный ошейник. Он почти расплавился, а горячий металл въелся в почерневшую плоть. Мимолетного взгляда было достаточно, чтобы понять, чей это труп. Поспешив отвести взгляд, Ю Вэйюань спросил с ужасом:

— Их сожгли живьем?

— Не всех… – Указав на три трупа, два из которых были настолько малы, что их тела почти полностью сгорели, Ю Байху продолжил: – Эти уже были мертвы. – Бросив хитрый взгляд на Ю Вэйюаня, он спросил: – Это ты их убил?