Серпентарий - Ирена Мадир Страница 239

— Сильно болит?

— Пока нет, – пробормотала она.

— Тебе нужно приложить что-то холодное…

— Нам надо выбраться отсюда, – прервала его Нура. Она все еще выглядела напуганной, но решительной.

— Мы поможем, – раздался голос духа из Лероса. Он поднимался, похожий на марионетку, которой управлял неумелый кукловод. Вероятно, сознание самого Лероса было в отключке…

— И в чем твой интерес? – криво усмехнулся Уроборос, осторожно уводя Пташку себе за спину.

— Нам тут не нравится, – неумело поморщился дух мимикой Лероса. – Мы хотим уйти и забрать сосуд. Мы обещали мальчику, что выведем его из подчинения хозяину. Мы условия выполнили. Теперь его черед. Мы можем уйти, а ты, гибрид, можешь отрезать моему сосуду пути возвращения, если он захочет избавиться от меня. Сделать так, что тут его будет ждать плохое… А девочка, – свет глаз сместился к Нуре, – сыграла хорошо. Она вспомнила наш обет. Когда клятва подчинения Дракону вошла в конфликт с клятвой ей, мы смогли вывести сосуд из строя… Теперь мы свободны. Мы умный дух, мы умеем помнить хорошее. Мы уведем ее, а ты, гибрид, покончи со всем.

— Я не оставлю Пташку с Одержимым, – рыкнул Уроборос.

Нура тут же схватила его за руку, потянула к себе, заставляя повернуться:

— Если… Если это поможет, я уйду с ним. Он не может причинить мне вред. Он обещал.

— Напрямую нет. Но он похитил тебя и привел к Дракону. Куда теперь он увезет тебя? Дух всегда найдет лазейку в собственных условиях.

— Мы клянемся оберегать Нуру Йон, пока она не окажется в безопасности. Это тебя устроит, гибрид? Ты принимаешь клятву?

Морок! С одной стороны, это бы и правда помогло, учитывая, что дух сам хотел уйти, соврать, подставить, подделать картину, представить все так, как нужно, но… Пташка. Все упиралось в нее. Как доверить ее этому духу? Этому агенту?

— Вир, – шепнула Нура. – Если что, я пристрелю его.

Она продемонстрировала пистолет, умело оттянула затворную раму до упора и отпустила, досылая патрон в патронник. Уроборос нехотя улыбнулся. Несмотря на природную мягкость, Пташка умела становиться хищной, она уже вошла в мрачный мир своего Змея, в его пропасть, где водились и другие гады. Она могла улететь, но она оставалась, и коготки ее сумели оцарапать даже Дракона…

— Я принимаю твою клятву, – наконец ответил Уроборос.

— Да будет так, – торжественно кивнул дух.

Он поманил Нуру за собой, и та поспешила к выходу, оглянувшись лишь раз, чтобы посмотреть на своего Змея.

Оставшись наедине с трупом Дракона, Уроборос оглядел тело, оставшееся в крови и моче. Арго Стеин не мог больше напугать никого. Не мог больше навредить никому и никогда.

Уроборос остановился, прикрыв веки. Губы негромко зашептали мантру. Это помогало успокоиться и сосредоточиться, а еще дать фору. Когда слова закончились, Уроборос раскрыл глаза. Прошло достаточно времени, чтобы Пташка могла выпорхнуть из жуткого логова.

Очки вернулись на место, прикрывая глаза. А Уроборос взъерошил волосы и, напялив отчаянный испуг на лицо, выбежал в коридор, истерично вопя:

— Господина Стеина убили! Одержимый сошел с ума! Он похитил девчонку!

* * *

Нура прошла за Леросом на подвальную парковку. Там он открыл пассажирскую дверь одного из мобилей, приказав:

— На пол.

Нура послушалась, к тому же так целиться в Одержимого было даже удобнее. Проехав какое-то время, Лерос бросил: