Заглянувший - Анастасия Райнер Страница 253

— Буду, – заверил его, осматривая пустую лестничную площадку. – Наверх или вниз? – спросил я у Хоррморра.

– Спуститесь на шестьдесят два пролета, – отозвался тот, и мы последовали указаниям.

Первая мысль: как просто! Всего шестьдесят два пролета вниз, легко же! Но внутреннее беспокойство подсказывало: здесь ждет очередное испытание на прочность. Главное, не населить пустоту собственными страхами. Ведь в Эйдоре так легко визуализировать страхи одной только мыслью о них.

Это очень тонкая грань: быть начеку, быть готовым к опасности, и ненароком не навлечь опасность своей же готовностью к ней.

– Заодно поинтересуйся, каков дальнейший сценарий. – Иларем не отставал ни на шаг. – Чего нам дальше ждать от этого лабиринта?

– Разве от этого станет легче? – засомневался я, преодолев очередной пролет. Осталось пятьдесят четыре.

— И то верно. Пусть будет сюрприз.

И без того тусклое освещение начало иссякать, а затем и вовсе пропало. Мы замерли в темноте пятидесятого пролета, гадая, безопасно ли спускаться дальше. Хоррморр еще раз напомнил, что на открытых пространствах лучше не использовать фата-гали, и посоветовал дождаться, когда вновь посветлеет. А вот когда это может произойти, не уточнил.

Мы стояли в непроницаемой черноте, боясь пошевелиться и даже опасаясь мысленных переговоров. Зрение к здешней темноте не привыкло, не подстроилось, поэтому дезориентация наступила почти мгновенно.

Спустя несколько часов ожидания я уже не мог с уверенностью сказать, где нахожусь. Казалось, я завис в космосе, в котором почему-то потухли все светила. Вернулось такое забытое желание – уснуть и проспать до рассвета, а потом проснуться и рассмеяться от того, что все пережитое оказалось всего лишь сном.

Но это не сон. И засыпать нельзя.

Потому что еще сорок девять пролетов вниз.

— Идите к нам, – чей-то шепот пронзил тьму. – Будьте с нами!

Послышались и другие голоса:

— Идите к нам, будьте с нами. Идите к нам, будьте с нами…

Чем громче они взывали, тем светлее становилось вокруг. Теперь на лестнице, помимо нас, из мрака постепенно проявлялись призрачные силуэты с серыми провалами вместо лиц.

– Продолжайте спуск, но будьте осторожны, – сказал Хоррморр. – Их нельзя касаться.

Из-за того, что пролеты шли почти вплотную, пространство не позволяло просто подняться и аккуратно облететь нечисть.

А призраков было так много, что передвигаться пришлось очень медленно, дабы случайно их не задеть. На каждой ступени поджидала хотя бы одна голодная сущность, на некоторых и вовсе по двое или даже по трое. Сложность доставляло еще и то, что ступени пошли кривые, разной ширины и высоты.

Одни оказались настолько узкие, что едва получалось встать на носочек, другие же могли быть высокими или, наоборот, такими низкими, что мы их даже не замечали и поэтому спотыкались.

Двадцать восьмой пролет, двадцать седьмой…

Призраки прислушивались к нашему дыханию, вертели безликими головами и повторяли гипнотический призыв. Оставалось только уповать на то, чтобы свет снова не погас.

Я в очередной раз оступился, однако Иларем вовремя удержал, хотя сам едва не задел темную тварь. Безликий дернулся, шумно втянул воздух, и, не учуяв страх, вернулся в прежнее положение.

Мы действительно не боялись. Поскольку ничего нового Рохас не демонстрирует. Методы всегда одни и те же: ужасающий визуал с целью вывести на низкочастотные эмоции, за которым по факту больше ничего не кроется. Просто ширма, отдернув которую, получаешь именно то, что сам из себя представляешь.