Скитальцы - Марина и Сергей Дяченко Страница 256

Путь должен быть пройден до конца. Первое в душе должно стать последним… Что все-таки первое в его душе? Неужели вечный страх? Тогда для того, чтобы избавиться от заклятия, необходимо сначала избавиться от страха, а это замкнутый круг – чтобы не бояться, надо перестать бояться… Но если главное в Солле – не страх, тогда – что?

Эгерт вздохнул. Он ходил по кругу, как лошадь, запряженная в молотилку; главными в его душе были либо трусость, либо желание от нее избавиться – ничего третьего пока не приходило ему в голову.

Длинный стол качнулся – кто-то присел рядом; Солль не сразу поднял голову – мало ли кто из приятелей-студентов отошел от шумной компании, чтобы в относительном спокойствии выпить свое пиво, закусывая румяным пирожком. Тем временем Лис, утомившийся было за вечер, возобновил свои балаганные штучки – и в наполнявшем таверну хохоте Эгерт различил раздавшийся рядом тихий смешок.

Тогда он обернулся и посмотрел на соседа. С первого взгляда этот крепкий молодой человек показался ему совершенно незнакомым – но уже в следующую секунду Эгерт, холодея, узнал Фагирру.

Фагирра сидел в студенческой таверне, где сроду не показывался ни один плащеносец; Фагирра был одет небогато и просто, подобно любому из Соллевых товарищей, и теперь, свободный от зловещего капюшона, казался даже моложе своих лет – едва ли не ровесником Эгерта. Никто не обращал на Фагирру особенного внимания – похожий на прочих, он небрежно потягивал что-то из высокой кружки и по-дружески глядел на обомлевшего Солля; из-под рукава рубашки едва выглядывала татуировка – знак профессионального фехтовальщика.

Эгерт не нашел ничего лучшего, как взять свой стакан и тоже отхлебнуть; Фагирра улыбнулся:

— Здравствуйте, друг мой… Накануне больших испытаний мне особенно приятно видеть вас в добром здравии.

Солль невнятно пробормотал приветствие; Лис, собравший вокруг кафедры целую компанию слушателей, изощрялся в насмешках – шутки, одна злее другой, предназначались ордену Лаш. Студенты хохотали.

Фагирра внимательно вслушивался, и с лица его не сходило чуть рассеянное, благожелательное выражение – так старый учитель внемлет сбивчивому ответу нерадивого ученика, уже отсчитывая про себя полагавшиеся школьнику розги; Эгерту снова стало страшно.

— Вижу, что проведенные за учением часы не прибавили юношам мудрости, – вздохнул Фагирра. – Между тем срок близится…

— Какой срок? – вырвалось у Эгерта, и он тут же смутился: – Я хотел спросить – когда…

Фагирра снова мягко улыбнулся:

— Мы знаем когда… Но знание это предназначено тому, кто с нами. А вы с нами, Эгерт?

Солль запнулся. Ему вдруг несказанно захотелось ответить «да», тем самым умилостивив Фагирру; кроме того, у него мелькнула вдруг дикая мысль: а что, если этот ответ окажется первым в ряду пяти «да»? Что, если ребус Скитальца связан с орденом Лаш?

— Что же, Солль? – укоризненно вздохнул Фагирра. – Вы колеблетесь? Накануне великого Окончания – вы колеблетесь?

Лис завернулся в скатерть, соорудив из края ее капюшон, и теперь расхаживал по таверне, мрачно покачивая головой, то и дело воздымая глаза к прокопченному потолку. Солль молчал.

Фагирра пожал плечами, как бы говоря: вот какая неудача! Потом молниеносным, незаметным со стороны движением приставил руку к Эгертовым ребрам: