Криминалист 5 - Алим Тыналин Страница 31

Вошли в лабораторию. Чен уже подготовил рабочее место. На столе черная бархатная подложка, обе карточки зафиксированы на ней мягкими зажимами.

Стереомикроскоп наведен на объект. Рядом крупноформатный фотоаппарат «Графлекс», закрепленный на вертикальной штанге копировального штатива, объективом вниз. Две лампы дневного света, установленные под углом сорок пять градусов к подложке, давали ровное, бестеневое освещение.

— Джентльмены, — сказал Чен, не оборачиваясь. — Встаньте у дальней стены. Наблюдайте, ничего не трогайте.

Моро и Стивенс встали у стеллажа с реактивами. Я остался рядом с Ченом, на расстоянии вытянутой руки, привилегия того, кто работал с ним раньше.

Чен начал.

Первый этап фотографирование. Он установил амстердамскую карточку точно по центру подложки, под объективом «Графлекса». Проверил фокусировку через матовое стекло видоискателя, перевернутое изображение отпечатка, увеличенное, зернистое. Подкрутил кольцо фокуса. Линии папиллярного узора стали резкими.

— Экспозиция четверть секунды, диафрагма одиннадцать, — сказал Чен, ни к кому конкретно не обращаясь. Он всегда проговаривал параметры вслух, профессиональная привычка, запись для лабораторного журнала. — Пленка «Плас Икс», среднеформатная. Зерно мелкое, контраст высокий. Идеально для дактилоскопии.

Щелчок затвора. Вспышки нет, только студийный свет ламп.

Мы ждали. Ну, что покажет наша экспертиза, получится ли воссоздать отпечаток?

Глава 7

Отпечаток

Чен сменил кассету. Сделал второй кадр с другой экспозицией, полсекунды, на случай если первый окажется слишком светлым или темным. Страховка.

Затем заменил амстердамскую карточку нашей. Та же процедура. Два кадра, два параметра.

— Пленку проявлю позже. Для предварительного сравнения хватит лупы и микроскопа.

Второй этап визуальное сравнение под стереомикроскопом. Чен закрепил обе карточки рядом, на расстоянии полдюйма друг от друга, на подложке стереомикроскопа. Включил нижнюю подсветку, отпечатки засветились, линии папиллярного узора проступили четче. Затем включил верхнюю, косой свет подчеркнул рельеф, мелкие детали стали объемными.

Чен сел на табурет, прижал глаза к окулярам. Покрутил барабан увеличения, десять крат, двадцать, тридцать. Остановился на двадцати.

Моро за моей спиной переминался с ноги на ногу. Стивенс стоял неподвижно.

Чен взял тонкий остро заточенный карандаш и лист миллиметровой бумаги. Не отрываясь от окуляров, начал делать пометки, точки и номера. Карандаш скрипел по бумаге.

Каждая точка характерная особенность папиллярного узора: бифуркация (раздвоение линии), окончание линии, островок (короткая изолированная линия), мостик (перемычка между двумя параллельными линиями). В дактилоскопии семьдесят второго года каждая такая особенность называлась «минуция», от латинского «minutia», мелочь. Но именно из мелочей складывалась идентификация.

— Амстердамская карточка, — тихо проговорил Чен. — Безымянный палец правой руки. Тип узора петля, ульнарная, наклон влево. Дельта расположена в нижнем правом квадранте. Ядро петли в верхнем левом. Тридцать процентов узора центральная и верхняя зоны. — Пауза. Карандаш двигался. — Различаю девять минуций. Бифуркация на позиции два часа, расстояние шесть линий от ядра. Окончание на позиции три часа, расстояние четыре линии. Островок между пятью и шестью часами…