Красное бедствие - Рита Хоффман Страница 32

— Как идут дела, Рай? – заметно нервничая, спросил дядюшка.

— Да уж получше, чем у тебя. Твоя Обитель Полутени убыточна, а ведь я предлагал тебе продать ее.

— Я бы продал, не будь покупателем ты.

— Так это личное? – Голубые глаза хищно блеснули. – Мне больно это слышать, дядя.

— Ты негодяй, Райордан! Мне донесли, что это ты распустил слухи о том, что в моей Обители свирепствует плотоядная чума!

— Как я мог?! – Рай прижал унизанные перстнями пальцы к груди и трагично вскинул брови. – Ты ведь мой любимый дядюшка! Я бы никогда…

— Ты лжец, проходимец и ублюдок! – окончательно потеряв терпение, рявкнул дядя. – Забирай эту проклятую Обитель, и мы распрощаемся навсегда!

— Зачем мне заведение с сомнительной репутацией? Ты представляешь, сколько сил придется потратить, чтобы восстановить его доброе имя?

— Но ведь ты сам распустил эти грязные слухи!..

От ярости дядюшкины подбородки затряслись, а лицо покрылось алыми пятнами. Райордан с наслаждением отпил из бокала и подметил, что пуговица на дядюшкином воротнике вот-вот не выдержит напряжения и отлетит, грозясь выбить кому-нибудь глаз.

— Спокойнее. Твое сердце не выдержит, а трупы сегодня прятать некому.

— Какой же ты ублюдок… – повторил дядюшка. Капли пота катились по его лбу и падали на щеки.

Райордан погладил белоснежный мех воротника, потянулся, словно сытый кот, и развалился на диване. Эта беседа начинала его утомлять.

— Купи мою Обитель Полутени, – выпалил дядя. – Купи, и я уеду из города!

— Хм.

Рай достал из нагрудного кармана игральные кости и подбросил их. Выпали шестерки.

— Четверть цены, – небрежно бросил он.

— Половину! – рявкнул дядя.

— Можешь забирать свое расплывшееся по обивке пузо и проваливать, – фыркнул Рай.

— Проклятый… Нужно было придушить тебя в колыбели!

— Жаль, что момент упущен.

Выводить из себя родичей отца Райордану нравилось. Он много недель разрушал репутацию дядюшкиного заведения, чтобы вынудить его уехать из Рубинового Города – соседство с родной кровью портило ему настроение, а дурное настроение превращало его и без того тяжелый нрав в поистине невыносимый.

— Половина, – грозно повторил дядюшка. – В моем заведении никогда не было чумы!

— Напиши это на вывеске – глядишь, поможет вернуть клиентов.

— Сукин сын!

— Пожалуй, соглашусь. Моя мать та еще… – Рай ослепительно улыбнулся. – Четверть и ни одного серебряного сета[1] больше.

Дядюшка открыл было рот, но Рай опередил его:

— Давай пропустим ту часть твоей речи, в которой ты снова называешь меня ублюдком и выродком. Я устал, понимаешь? У меня много дел. Люди ждут праздника, люди устали от страха перед демонами и хотят потратить свое золото в моей Обители Полутени. Бери деньги и убирайся или просто убирайся – мне наплевать. Но, прошу тебя, прекрати тратить мое время.

Дядюшка опешил и замолчал. Алчный блеск его бегающих глаз угас, он обмяк и превратился в грустную, потерявшую форму необъятную тушу, которую с трудом выдерживали короткие ножки.

И как только в роду Ледяных Мечей мог появиться такой несуразный толстяк? Этот Дом всегда славился своими солдатами, лорд Абботт, отец Райордана, был прекрасно сложен и подтянут. А вот его двоюродный братец…

«Паршивая овца в стаде. Такая же, как и я», – хмыкнув, подумал Райордан.

— Хорошо, – сдавленно сказал дядя.