Венок тумана. Два сердца - Наталья Шнейдер Страница 33

Скрипнула дверь. Кряжистый мужик низко поклонился мне.

Староста — подсказала не моя память.

— Что делать, матушка? — спросил он. — Реку опахали, как ты велела. Черную курицу зарезали. Лошадку свою я не пожалел. А дождя все нет.

— Гневаются хозяева, — произнес я не своим голосом. — И богам, видать, нашептывают не то. Осталось последнее средство.

Народ с пением шел по деревне к моему дому. Я вышел навстречу.

— Что ж, приступим, — сказал я, надеясь, что в голосе не слышно страха.

Две старухи отделились от толпы, подступили ко мне с веревкой.

И когда легкие захлестывала затхлая болотная вода, а животная часть моего разума выла в ужасе, я знал, что сделал все правильно.

Хозяева ничего не дарят просто так. Если ничего не помогает — остается последнее средство. Принести в жертву самого красивого и здорового ребенка в деревне.

Или утопить ведьму, чтобы она расчистила небеса для дождя.

Глава 21

Я скорчился, кашель выворачивал легкие наизнанку. Кто-то мягко придержал меня за плечи. Прохладная ладошка легла на лоб.

— Тш-ш. Все. Все закончилось.

Пальцы Алеси перебирали мои волосы, и мне захотелось закрыть глаза, чтобы эта невинная ласка никогда не прекращалась.

Оказывается, моя голова лежала на ее коленях. Почему-то меня это смутило. Я резко сел — зря, голова закружилась. Алеся придержала меня за плечо.

— Ты видела? — сам не понимая зачем спросил я.

Мало радости знать, что кто-то видел твой страх и твою агонию, хоть это и было наваждением.

Или нет? Или мы оба мертвы и обречены все посмертие ходить от одного кошмара к другому, пока…

Пока — что?

— Ты поэтому так настойчиво спрашивал меня, что бы я стала делать, если бы сушь не ушла? — спросила Алеся.

Я кивнул. Она заглянула мне в глаза.

— Честно? Не знаю. Пока боги берегли меня от подобного выбора. Я буду молиться, чтобы уберегли и впредь. Ты очень храбрый.

— Скажешь тоже. — Я смутился окончательно и, чтобы скрыть это смущение, встал, оглядываясь.

Внезапной преграды и в помине не было. Мы стояли на краю огромного зала, сталактиты и сталагмиты сливались в бесконечные ряды колонн, а стены и пол светились холодным призрачным светом. Где-то едва слышно плеснула вода. Я наклонился к неожиданно мягкому полу.

— Фосфоресцирующий мох, — негромко сказала Алеся.

Полдня назад я бы удивился, услышав такие слова от деревенской ведьмы. Сейчас только кивнул. Снова плеснуло.

— Что там? — встревожилась она.

— Сейчас посмотрю.

— Нет, погоди. — Она взяла меня за руку. — Мало ли.

Я легонько погладил тыльную сторону ее кисти, и ее пальцы ответили таким же легким пожатием.

Мы шли сквозь колонны, отражавшие сияние мха, словно по какому-то дворцу, устланному коврами.

— Смотри. — Она указала чуть в сторону.

Там колонны редели, открывая гладкий, как зеркало, пол. Снова едва слышный всплеск, и по «зеркалу» пошли концентрические круги.

— Озеро, — сказал я. — И рыба.

Живот тут же подвело. Я успел забыть, когда — или в какой жизни — в последний раз ел. Впрочем, надо посмотреть, что тут за рыба. Как бы не оказалось, что это она желает мною позавтракать. Или поужинать.

Озерцо уходило под стену тронного зала. Глаза привыкли к полусвету мха, а может, вода была такой прозрачной, что рыбу в этом озере можно было разглядеть без труда.

— Окунь? — удивился я. — Откуда они здесь?