Семь снежных ночей - Цан Юэ Страница 33

— Да прекрати драться! Ты сама меня обняла! Я тут вообще ни при чём! Да это ты воспользовалась моей слабостью!

— Что ты несёшь?! Ты вообще меня не интересуешь, бабник проклятый!

Сюэ Цзые выскочила за ворота и злобно ткнула пальцем в его сторону.

— Тут нет твоей проститутки Лю! – А потом велела служанкам: – Пока заприте его. Когда получит лекарство – вышвырните из Долины!

— Да, госпожа! – радостно ответила Фэн Лю, не замечая, что Шуан Хун еле заметно нахмурилась.

Сюэ Цзые резко отвернулась и пошла прочь.

— Идём в Осенний павильон!

Когда всё стихло, Хо Чжаньбай полностью пришёл в себя, поднялся с земли и осторожно ощупал лоб. Вот так лекарь обращается с больным? Что общего между этой скандальной бабой и той тихой, воспитанной женщиной, которая, словно кошка, пригрелась рядом с ним прошлой ночью… сама, между прочим… Да не приснилось ли ему?

Погодите-ка!.. Она сказала «проститутка Лю»?

Откуда Сюэ Цзые знает изящную, как нефрит, барышню Лю из цветочного дома[15] в Янчжоу?

Хо Чжаньбай хлопнул себя по бедру и поднялся. Хватит. Он и правда перебрал прошлой ночью. Неужели ему всё почудилось? Прикрыв глаза, мужчина в отчаянии ударил себя по голове, жалея, что её нельзя расколоть пополам.

Сюэ Цзые, стиснув зубы, в сопровождении служанок стремительно направлялась к Осеннему павильону.

Воспользоваться её слабостью! Она ещё устроит этому подлецу!

Женщина в ярости мчалась вперёд, когда Фэн Лю догнала её и протянула плащ с узором из облаков, украшенный оторочкой из перьев зимородка:

— Госпожа, вот, вы забыли. Прошлой ночью снова шёл снег. Разве вам не холодно?

Холодно? Сюэ Цзые изумлённо застыла. Ночью шёл снег? Но ей было тепло…

Она рассеянно взяла плащ, да так и продолжила в глубокой задумчивости стоять посреди сада с лекарственными растениями.

Когда Сюэ Цзые распахнула двери и вошла в Осенний павильон, изнутри потянуло тяжёлым запахом благовоний.

— Глупые девчонки, вы что, хотели, чтобы больной задохнулся? – Сюэ Цзые торопливо начала поднимать занавеси, распахивать окна и гневно отчитывать служанок, которые должны были присматривать за больным. – Совсем безмозглые: простейший приказ исполнить не в состоянии!

Из темноты донёсся слабый шёпот:

— Не надо… не открывай.

Сюэ Цзые удивлённо обернулась – в темноте под толстым стёганым одеялом можно было разглядеть лишь пару сверкающих светло-голубых глаз.

Юноша снова тихо произнёс:

— Закрой. Не люблю ветер и яркий свет… Сложно выносить.

После недолгого колебания она продолжила поднимать занавеси. Свет залил комнату: снег за окном сверкал так ярко, что было больно смотреть.

— Закрой! – Юноша окончательно закутался в одеяло, отвернувшись к стене.

Сюэ Цзые взмахом руки отослала служанок и присела на край лежанки.

— Без ветра и света, если вот так лежать в темноте, недолго и сгнить ненароком, пока никто не видит. – Женщина улыбнулась и шепнула своему бледному пациенту: – Тебе надо привыкать понемногу, Минцзе. Нельзя прятаться вечно.

Она потянулась проверить его пульс, но юноша ударил целительницу по руке.

— Кто тут Минцзе? – спросил он, так и не показываясь из своего убежища. – Зачем тебе меня спасать? Чего ты хочешь?

В его взгляде не было ни следа эмоций – лишь холодное равнодушие и немного насторожённости.

Сюэ Цзые ошеломлённо застыла. После долгой паузы она коснулась его лба и растерянно пробормотала: