Земский докторъ. Том 9. Падение - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 34

— Кучер, да…

Запустив двигатель, доктор плавно тронул машину и продолжал разговор уже на ходу, благо мощный двигатель «Минервы» работал довольно тихо.

— Все автомобильные кузова, Николаич, от кого произошли?

— Ну, от карет, — хмыкнул чекист.

— Вот тебе и ответ! — выворачивая на проселок, Иван Палыч негромко засмеялся. — Кучер — кто? Правильно — морда мужицкая, никакой не барин! Так же и шофер. Для буржуев, брат, что кучер, что шофер — прислуга. И дождь, и ветер потерпят, обойдутся и без удобств.

— Ну да, — покивал Гробовский. — Так оно, верно, и есть.

Минут пять ехали молча. Дождь так толком и не собрался, но из глубоких луж можно было изрядно хватануть водицы, и доктор старался объезжать. Где-то выходило, а где-то и нет…

Ближе к железнодорожной станции, вроде бы, стало посуше.

— Николаич… У вас там, в ЧК, сегодня праздник какой, что ли? — наконец, спросил Иван Павлович.

— Да нет… С чего ты взял? — чекист удивленно повернул голову… и тут же расхохотался. — А-а! Небось, водочку углядел? Так у бабки Марфы купил, травницы… А ну-ка, притормози на минутку!

Переехав яму, доктор послушно остановил машину. Понимал — просто так Гробовский ничего просить не будет.

— Ну, что скажешь? — вытащив волку, улыбнулся Алексей Николаевич.

Иван Палыч слегка опешил:

— Ты выпить, что ли, предлагаешь? Так я за рулем. И вообще — утро еще…

— Выпить? — хмыкнув, чекист расхохотался. — Ну, Иван, ты даешь! Ты мне лучше о бутылке скажи… Что видишь?

— Н-ну… — взяв бутылку, пожал плечами доктор. — Водка, как водка. Верно, из прежних запасов. Так называемая «красноголовка», она же «казенка». При царе сорок копеек, кажется, стоила… Как там у Хлебникова? «Царская красноголовка, наша знатная казенка»… как-то так!

Гробовский махнул рукой:

— Ты мне не стихи тут читай, а бутылку разглядывай! И прошу — повнимательней.

Повнимательней, так повнимательней… Иван Палыч всмотрелся, даже бутылку встряхнул:

— Запечатано неаккуратно… И орел какой-то непонятный… Словно с пятака выдавили!

— Вот! — обрадовался чекист. — Заметил, наконец!

— Подделка?

— Она самая! — Алексей Николаевич сунул бутылку в карман. — Хитры, гады. Не нашу, советскую, поделывают — «казенку» царскую! Думаю, есть где-то целый подпольный цех. И Терентий Коромыслов имеет к нему самое прямое отношение. Ох, не простой это бандит, не простой. Только с виду — тетеря!

— Цех… — запуская мотор, протянул доктор. — Водку в милицию передашь? Вроде, их профиль.

— А вот и нет! — Гробовский помотал головой и хищно скриви губы. — Здесь, Иван, чистой воды саботаж! Подрыв винной монополии государства. А, значит чье дело? ЧеКа! Ну, поехали, поехали! Чего стоим-то? О! Смотри-ка!

Из-за кустов на повороте вынырнул вдруг навстречу угловатый светло-зеленый автомобиль с большими фарами, и, посигналив, остановился рядом. Доктор тоже заглушил двигатель, на всякий случай вытащив из кармана браунинг. Маленький, женский, каким когда-то пользовалась супруга.

Из салона угловатого авто выскочил худощавый молодой человек в светлой летней толстовке и галифе, чем-то похожий на вечного студента. В руках «студент» держал маузер.

— Господи! Никак, Красников! — вдруг расхохотался Гробовский. — Э-эй, Виктор! Рад видеть! Смотри, только в нас не стреляй.

— Ах, это вы… — растерянно улыбнувшись, Красников убрал маузер в кобуру. — Ого! Здравствуйте, Иван Павлович! Отдыхаете? Слыхал, слыхал… А я вот в Зарное собрался, гражданина Коромыслова допросить да малолеток. Малолеток повестками в сельсовет вызвал. А вот Коромыслов… Не знаете — дома он?