Земский докторъ. Том 5. Красная земля - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 34

Иван Павлович пошел прочь под пристальным присмотром артельщика и только когда скрылся за кустами Михаил ушел. Доктор вновь вернулся на берег реки. Накидал примерный план, стараясь выдерживать масштаб — чтобы понимать примерный объем работы.

Собирался уже было идти в Зарное, как вдруг носком ботинка ковырнул что-то, едва не споткнувшись. Присмотрелся. Какая-то доска, или… табличка. Вроде бы даже буквы какие-то видны. Чья-то похоронная табличка с именем?

Доктор аккуратно достал ее из грязи. Нет, точно не именная. Буквы едва угадывались, но одно слово выделялось четко — «смертная». Все остальное утонуло в грязи и годах, сделав табличку неразборчивой.

Иван Павлович нахмурился, поворачивая табличку в руках. Её хрупкость и состояние говорили о том, что она пролежала в земле не один десяток лет, возможно, столько же, сколько и черепа в глине. Выбрасывать не стал — смущало это слово. Просто так его не пишут.

Доктор убрал табличку в саквояж, решив позже очистить и изучить при свете лампы. Последний раз взглянул на темную реку и направился в Зарное.

* * *

В селе уже шептались и все знали.

Сначала остановила старушка Вера Николаевна.

— Иван Павлович, слыхала я про вчерашние дела. Егор Кузьмич улов страшный, говорят, поймал — голову сатанинскую.

— Какую? — не удержался доктор.

— Сатанинскую. Это очень плохой знак. Иван Павлович, а правду говорят, что голова энта еще глазами шевелила и рот открывала, когда ее к вам привезли, словно что-то сказать хотела?

— Вера Николаевна, ну откуда вы это услышали? Врут!

— Все равно это не к добру, Иван Павлович, — вздохнула старушка. — Река мёртвых разбудила, надо очищение проводить. Ритуал нужен — травы, молитвы, чтобы унять гнев.

— Чей гнев то?

— Боженьки!

Старушка протянула узелок доктору.

— Вот, возьмите. Тут нужные травы. И свечки с церкви. Все намолено. Зажжете и три раза прочитаете «Отче наш», а потом…

— Вера Николаевна, я ничего делать такого не буду, вы уж меня простите, — сказал доктор, возвращая узелок обратно старушке. — Это не гнев мёртвых, а просто река подмыла берег. Черепа старые, их вода вынесла, ничего сверхъестественного. Я разберусь, а вы не пугайте себя напрасно.

Старушка ничего не ответила — только перекрестила доктор вслед.

Потом остановил кузнец Никодим.

— Иван Павлович, а правду говорят…

— Никодим, ну ты то куда? Тоже веришь в эти россказни⁈

— Так ведь говорят…

— Вот именно, что говорят! Не верь, Никодим.

Доктор понял, что нужно спешить — иначе просто не дадут дойти до больницы со своими расспросами. Зашел в больницу — а там уже Аглая. Правда смеется.

— Иван Павлович, они уже тут такого напридумывали…

— Ага, уже успел послушать! — ответил доктор, скидывая пальто.

— И что мне им говорить?

— А ничего и не говори!

— Так они еще больше всякого напридумывают! Вон сейчас Дарья заходила, соседка. Под видом кашля начала выспрашивать про эту голову. И такого там нагородила… И дескать призраков видели люди давеча на кладбище, и что звуки какие-то странные были. Говорят, это призраки зовут к себе живых, чтобы под землю утащить. А тут еще эта голова…

— Не обращай внимания, — отмахнулся доктор. — Завтра еще один повод появится для разговора — про голову тут же и забудут.

Иван Павлович глянул в палаты.

— Никого нет?