Новая фантастика 2026. Антология №10 - Сергей Лукьяненко,Екатерина Пронина,Дарина Стрельченко,Мара Гааг,Мария Соловьева,Мирон Высота,Юрий Ляшов,Борис Крамар,Ася Виленица,Дмитрий Швецов,Ника Созонова,Евгений Паули,Антон Ищенко,Олег Ткаченко,Роман Борисевич Страница 35

Лес тревожно ворчал. Под ногами хлюпало. Места глухие – далеко зашел Ирема.

Рядом-то с домом все ужо выбрали. Самохват, бывший их мастер горы, когда-то сдал даровитые местечки самоедам да коптякам. За то Самохвату в ихних больших поселках почет был и завидное житье. Да недолго его чужаки привечали – выгнали. Гнилое нутро его и там наружу вылезло. Рыщет Самохват тоже теперь где-то рядом, высматривает, по-новому себя поставить хочет.

То ничего, коли правда речка золотая, так и мы заживем. Ни чета другим. Вдоволь в поселении будет всего. Всех Малочка-речка накормит, одарит.

Ирема скакал над болотом и радовался. А как выбрался на сухое, как показалась речка Мурзинка, вьющаяся серой змейкой меж золотых сосенок аж до самого дома, еще веселее пошагал.

Так и не заметил как земля из-под ноги ушла. И полетел он в сырое и темное. А потом наступила тьма.

Нога-то еще ничего – опираться на нее больно, но то пройдет, пройдет. А вот острый сук что пробил грудь, разломал, раздвинул ребра, до самого нутра достал – вот это страшно. Плохо это. Вытащишь и потечет наружу жизнь.

Ирема голову задрал и крикнул. От злости крикнул, от отчаянья. Края ямы, круглые, ровные уже не различимы были на фоне ночного неба.

Как же меня так угораздило?

Яма была свежая. На какого зверя выкопана? Кем – тоже не ведомо. Тут места шли ужо своим известные. Его тропа это. По ней он только ходит.

Сверху зашуршало и посыпались комья земли. Круг неба высветился красным по краю, и вылезла из тьмы в это красное, страшная да рогатая голова. Загыгыкала радостно. А потом огненная ветка раскидала тьму вокруг. И стало светло.

— Ирема! Ай да улов!

Подсвеченный ядовитым огнем скалился на Ирему с края ямы Самохват, прошлый мастер горы. Шапка на нем рогатая, самоедова, а рожа черная, прокопченая, блестит от жира медвежьего.

— Тю, я и думаю чем тут пахнет поганым, – ответил Ирема. Самохвату спуску давать никак нельзя – подлая душа, змеей вывернется, всякую доброту извернет да в свою пользу обернет. – Ты чего яму копал? Кого тут ловишь?

— Кого? – Самохват сдвинул рогатую шапку на бок. – Кого-кого? Ирему-кулему!

— Не шуткуй, выберусь – худо будет.

— Кому и худо, а кому и нет. Ты вот что, Иремка, не тесно тебе на горе-то, куда тебе одному мастером быть, а? Был ты меньше и подо мной ходил, а сейчас вывернулся, гляди-ка, соболем хвост распушил. Давай меняться – я тебе веревку, а ты мне что выведал, места где рудные, где каменья лежат нужные, давай?

Ирема бы кинул чего в эту мерзкую рожу, да пусто в яме, только сухие ветки, а плюнуть так и не доплюнешь.

— Ну покумекай, посиди аще!

Рогатая башка исчезла, и стало темно. Ирема думал, как же ему из ямы выбраться, но так и ничего придумать не смог. Договариваться с Самохватом себе дороже – обманет, а если веревку и скинет, то потом ножом полоснет. Тайга вокруг глухая, земля сырая.

Тут сверху вой раздался – всю яму до донышка достал.

Сверху снова башка рогатая в красных отсветах появилась, показалась.

— Ой, Иремка, котомку твою нашел, а тама…

Самохват задыхался от страсти, глаза его блестели адским огнем – от ветки горящей снопом искры сыпят.

— Новое все, и новый уговор! Ты мне речку золотую, а я тебе веревку, и останешься мастером горы тута. А я уйду! Такой уговор, Ирема!