Оборотни Сибири, или Пленница медведя - Лира Кац Страница 36

— Аля, чего ты боишься? — Гордей осторожно коснулся плеч и провел ладонями вниз.

Даже сквозь ткань махрового халата я чувствовала горячие касания.

— Я никогда отсюда никуда не выйду?

— Моя пара и моя жена будет выезжать куда захочет. Но не сейчас, Аль. Это опасно. Ты человек, не все в Совете согласны с моим решением.

— Чем тебе грозит нарушение ваших законов?

— Я справлюсь с этим. Всё решу. Ты моя. Будешь моей женой, женщиной и никто не посмеет приблизиться к тебе с плохими намерениями. Я не бросаю слова на ветер Аля.

— Я заметила.

Разворачиваюсь вокруг своей оси, я всё ещё в руках Гордея. Он стоит обнаженный по пояс в одних брюках и босой. Когда успел снять рубашку? Смущенно рассматриваю его грудь, плечи, всё, что сейчас находится передо мной. Мы уже и спали в одной кровати, правда ничего не происходило, кроме объятий, а сейчас, видя его таким, я тушуюсь.

Наклоняется, ведет носом возле шеи, чуть приподнимается к уху и обдает горячим дыханием, но не притрагивается. Я буквально чувствую, что между нами пару миллиметров и мне хочется касаний, которых нет. Ходячий тестостерон!

— Мне нравится твоя реакция на меня. — шепчет в ухо, а я вспыхиваю. Медленно поднимаю руки на его плечи. Невозможно стоять истуканом рядом с ним сейчас.

— Гордей… — Он тянется к моим губам и несмотря на то, что я попыталась отклониться, целует меня. Заставляет разжать зубы, ответить ему.

— Дыши, маленькая. — отстранился и потянув за собой заводит обратно в комнату.

Я оказалась на его коленях, обвитая сильными руками, прижавшись к его груди, не хочется уже никуда отодвигаться.

— Как ты сладко пахнешь, малинка моя. — жарко говорит мне, прокладывая дорожку поцелуев от шеи к ключицам, отодвигая ворот халата. Руки его развязали пояс, который уже валяется где-то на полу, и отодвинули полы халата. Держит за талию и целует везде, губы, шею, ключицу, опускается ниже к ложбинке груди.

Я всё насвете забыла. Вцепилась в его волосы одной рукой, а второй оставила след на плече.

— Прости, я тебе царапнула… — шепчу в перерывах между своим сбивчивым дыханием и поцелуями Гордея.

Ничего не ответил. Нет, что-то там рыкнул, но губы его были заняты делом, а я позволяла ему ласкать себя. Отпускаю себя, потом буду обо всём думать, отсрочить неизбежное невозможно. Гордей действует исступленно и властно, я словно пластилин в его руках. Лепи, что хочешь, верти, как хочешь. Он довольно рычит, я получаю не меньшее удовольствие.

— Гордей… — выдавливаю из себя с таким трудом, трусь об его шею, влажную от капелек пота. Я выжата. Меня клонит в сон, но Гордей умудряется поднять меня с постели и отнести в душ. А потом мы оба падаем в кровать, где он сразу обвивает меня ногами и руками, и прижимаясь, к нему я засыпаю.

— Теперь ты моя, Аля.

— Сумасшедший. — шепчу ему в полусонном состоянии и проваливаюсь в царство Морфея.

Просыпаюсь я не одна, он никуда не ушел, хотя за окном было уже довольно солнечно. Я лежу на руке Гордея, а он не делал никаких попыток меня потревожить.

— Доброе утро, малышка.

В ответ я потягиваюсь и ловлю жаркий взгляд. Нет, я еще не готова снова, тело предательски ноет с непривычки. Меня словно каток переехал и медведь потоптался. Испустила смешок от своих мыслей, игриво глядя на Гордея, а он навис надо мной.