Скитальцы - Марина и Сергей Дяченко Страница 367

Длинные загнутые ресницы – от матери. А скулы – чужие. Скулы – от отца, и подбородок, и линия лба…

Я поймала себя на попытке вообразить, как выглядел этот ужасный Фагирра, о котором столько говорено; вот уж был бы тесть так тесть…

Я улыбнулась; будто отвечая на мою улыбку, в дверь деликатно поскреблись:

— Не желает ли молодой господин отобедать?

Который час, подумала я в смятении.

Луар пошевельнулся. Я с наслаждением переменила позу, позволяя его руке выскользнуть из-под моего затылка.

— Не желает ли молодой господин…

— Желает, – сказал Луар хрипловато, но без тени сна в неожиданно властном голосе. – Обед на двоих.

Не оглядываясь, он выскользнул из-под полога и тут же задернул его обратно; я смотрела, как тяжело качаются бархатные кисти у меня над головой, и слушала, как он плещет водой в фарфоровом тазу. Богато живут господа постояльцы в гостинице «Медные врата»…

— Когда мне было пять лет, – сказал Луар, закончив плескаться, – я упал в бочку с дождевой водой… Жаркий день, вода свежая, но не холодная…

Он замолчал.

— Ну? – спросила я, выждав минуту.

Он тихонько звякнул пряжкой на поясе. Пробормотал рассеянно:

— Потом захлебнулся и стал тонуть.

Снова последовала пауза; через дырочку в пологе я смотрела, как Луар натягивает сапоги.

— И что? – спросила я снова.

— Ничего, – отозвался он слегка раздраженно. – Не утонул же… Как видишь.

Мне показалось, что вместо «как видишь» он хотел сказать – «к сожалению».

Как и я, он украл у судьбы эти несколько часов. Как и мне, ему трудно и больно было возвращаться к действительности. На секунду мне показалось, что он – это я и есть.

— Луар, – сказала я, обращаясь к бархатным кистям, – Луар… Я все знаю.

Он не удивился. Он помолчал несколько минут; потом отозвался с каким-то даже облегчением:

— Значит… Тем лучше. Ни о чем не будешь спрашивать, да?

Я прикусила язык. Не буду спрашивать. Сама узнаю.

Глаза у горничной Даллы сделались круглые, как блюдца. Ледяным тоном я перечислила ей требования господина Луара; Далла неуверенно предположила, что, наверное, ей следует переговорить с госпожой…

Я рявкнула на нее, как рявкала, бывало, по ходу действия на Трира-простака. Господин Луар – совершеннолетний; никто не лишал его наследства, не говоря уж о том, что требуемые мною вещи принадлежат ему и только ему…

Пряча глаза, Далла вынесла мне сундучок. Я ни секунды не сомневалась в том, что сразу же после моего ухода госпожа Тория узнает все причитающиеся подробности.

По дороге обратно я зашла в оружейную лавку – лучшую и самую богатую лавку под кичливой вывеской «Необоримый дракон». Посетители – два пышно разодетых аристократа – уставились на меня с таким видом, будто пред их спесивые очи явилась обритая наголо ежиха. Хозяин за прилавком нахмурился и собрался меня выставить.

— От господина Луара Солля, – сказала я небрежно и выложила на полированные доски прилавка маленький кинжал в богато изукрашенных ножнах.

Аристократы вытянули шеи; кинжал был очень красив, он намертво приковывал даже взгляд дилетанта – хозяин же, осмотрев инкрустированный клинок и перерубив на лету собственный вырванный волос, тихонько и удовлетворенно крякнул.

— Цена господина Солля? – вкрадчиво осведомился один из посетителей.

Я назвала цену. Хозяин напрягся: