Кричи, моя Шион - Екатерина Юдина Страница 38

— Раньше на тебя это не действовало, — на этих словах Моран выдохнул дым и я почувствовала его горький запах, против воли несколько раз кашлянув. Воздух тут спертый и сигаретный дым ощущался в разы хуже, чем он был на самом деле. Как вообще Моран мог тут курить? Лично у меня голова тут же начинала раскалываться. – Или, может, для того, чтобы ты стала тише, мне следовало просто свой член засунуть в твой рот?

У меня ладони дрогнули и следующее движение, с которым я проводила тряпкой по стене стало слишком рваным.

— Как, оказывается, все просто, Привидение.

Я сжала ткань так, что пальцы начали болеть. Кажется, я вообще не дышала. Опустила голову. Сильно зажмурилась. А ад в голове начал лишь сильнее вопить.

— Отпусти меня, — произнесла, не открывая глаз. Пальцами одной дрожащей руки опираясь о пол, чтобы не потерять равновесие. – Ты злился на моего брата за то, что он поцеловал твою невесту. Но ты со мной сделал кое-что в разы хуже.

— Ты сравниваешь себя с моей невестой?

Я не оборачивалась, но почувствовала жуткую мрачность в голосе Морана. А еще его тяжелый, жестокий взгляд на себе. Тот, от которого даже воздух стал плотнее, явно намекая на то, что мне следует быть осторожнее со своими словами.

Я очень медленно, прерывисто выдохнула, открывая глаза.Ах да. Конечно. Кто я, а кто Джулия Нертер? Я лишь грязная пыль под ее идеальными, начищенными до блеска туфельками.

Вот только, черт раздери, я тоже девушка. Омега. Сестра и чья-то невеста.

Как жаль, что Морану на это глубоко плевать и жизнь таких, как я, для него не имеет ни малейшего значения.

Опять повисла тишина и я с еще большим остервенением терла стену. Альфа сидел. Кажется, смотрел на меня. Курил.

Меня надолго не хватило. Тут и так слишком сильно пахло плесенью, сыростью, пылью. Сигаретный дым вообще делал воздух практически невыносимым, из-за чего я не сдержалась и, обернувшись, спросила:

— Ты можешь, пожалуйста, не курить в моем подвале?

Моран как раз подносил сигарету к губам, но его рука замерла. Он скосил на меня взгляд, а потом, спустя несколько секунд тишины, спросил:

— В твоем подвале?

Я пальцами помяла ткань и буркнула:

— Ну да. Ты же сам сказал, что теперь я тут живу, — я отвела взгляд. Черт. Как я могла сказать что-то настолько паршивое? Но признаваться, что оговорилась уже не собиралась. Пошло все к дьяволу.

Моран не перестал курить. Наоборот, не отрывая от меня взгляда, он поднес сигарету к губам, точно так же медленно выдыхая дым. Ублюдок. Ну, хотя бы не потушил сигарету об меня. И на этом спасибо.

Я села на пол, тряпкой, собирая пыль рядом с собой.

— Эй, Привидение, хочешь сходить в душ?

Я резко повернула голову в его сторону и тут же мысленно обругала себя, за такую реакцию. Я хотела в душ. Очень. Меня буквально трясло от ощущения грязи на собственном теле. Но, такой вопрос, заданный Мораном, не просто настораживал. В какой-то степени он даже приводил в ужас.

— Чего смотришь. Да или нет? – наклонившись, Моран потушил окурок о пол. Я не моргая, смотрела на это, понимая, что уберу, как только он уйдет.

— В чем подвох? – я подняла на него хмурый, слишком настороженный взгляд.

— Ни в чем. Расскажи мне что-нибудь и, если мне это понравится, я отведу тебя в душ, — он откинулся на спинку кресла. Лениво, расслабленно. И, запрокинув голову, закрыл глаза.