2075 год. Когда красота стала преступлением - Райнер Цительманн Страница 39

Алекса заметила, что испытывает настоящий гнев по отношению к этой высокомерной женщине. Но в фильме была показана не только надменная красота Анастасии, но и то, как живут другие женщины, значительно менее привлекательные и лишенные шансов вести такую жизнь, как у Анастасии. Этих женщин, несмотря на доброту и хорошее образование, в детстве дразнили из-за их внешности, а когда они повзрослели, мужчины не обращали на них внимания. Несмотря на годы, посвященные работе, их карьерный рост часто застопоривался.

Обычному зрителю было легко сформировать свое отношение к женщинам, которые в фильме изображались по одному и тому же шаблону: красивые всегда были поверхностными, ленивыми и злобными, а менее привлекательные – умными, морально безупречными и социально активными, как будто они посещали какие-то секретные тренинги по подготовке святых. Создавалось впечатление, что добродетели и пороки человечества поделены между двумя командами и что красивые женщины явно вытянули счастливый билет.

Фильм закончился. Варек повернулся к Алексе и, к ее удивлению, не спросил, что она думает об увиденном, а задал вместо этого вопрос, которого она не ожидала:

– Вы летали на Luna-1 с вашим бойфрендом, а через несколько дней после этого были на мероприятии Движения в Нью-Йорке, верно? Довольно сильный контраст, нет?

– Можно и так сказать, – кивнула Алекса и тут же задала свой вопрос: – А вы что о них думаете? Я имею в виду Движение.

Варек провел правой рукой по волосам, прежде чем ответить.

– С этими новыми движениями всегда нужно соблюдать осторожность. Трудности роста возникнут обязательно. Некоторые их взгляды могут быть инфантильными, некоторые – чересчур радикальными. Однако я считаю, что идеи, выдвинутые Движением за визуальную справедливость, или просто Движением, как они себя сейчас называют, могут многое дать партии «Справедливость». Я считаю, что они делают упор на чрезвычайно важном моменте, потому что, помимо этнического неравенства, гендерного неравенства и, конечно же, социального неравенства, огромную роль играет и визуальное неравенство.

– А вы сами тоже так считаете? – спросила Алекса.

Варек уверенно кивнул.

– Да, естественно. Ваш жизненный опыт, Алекса, радикально отличается от того, как живут женщины, чья внешность не соответствует господствующим в обществе узким стандартам красоты. Подумайте о том, что вы увидели в фильме, подумайте об Анастасии!

При упоминании Анастасии Алекса почувствовала настоятельную потребность дать отпор. После опыта, полученного в Нью-Йорке, она пообещала себе всегда переходить в контратаку.

– Варек, я сразу заметила, что вы умный человек. Это ведь так?

Варек рассмеялся.

– Ну, я вроде как должен предоставить другим судить об этом. Но я надеюсь, что большинство согласится с вами.

– Скажите, а как вы полагаете, вы заслужили это? Интеллект ведь тоже в определенной мере наследуется, так что можно считать, что вы получили определенную привилегию. Почему же вы хотите сделать всех равными?

– Мы вовсе не хотим сделать всех равными, – ответил Варек. – Мы принимаем тот факт, что люди разные. Но эта разница не должна быть настолько вопиющей. Я говорю о чрезмерном богатстве и чрезмерной красоте.

Алекса продолжила гнуть свою линию:

– А кто определяет, является ли некто слишком богатым или слишком красивым? Вы? Политики?