Мятежник - Роман Путилов Страница 39

Река уже встала, да и охотничьи лыжи на десяток человек мы с собой в экспедицию взяли, поэтому, наказав оставшимся у самолетов людям, летчикам и стрелкам, не расслабляться и бдеть в оба, я с отделением стрелков, облаченных в двухсторонние теплые комбинезоны (белая сторона наружу), мы через час, двигаясь по, замершей под слоем льда, реке, подходили к острову.

Приветственную стрелу в нас запустили с дистанции метров семьдесят, которые оставалось пройти до завалов, состоящих из камней, стволов деревьев и принесенного водой «топляка». Я очень сомневаюсь, что это нагромождение является природным объектом, видимо, жители островка пытались соорудить какие-то оборонительные позиции. Стрела имела оперение из перьев какого-то гуся и костяной, острый как игла, наконечник.

Я дал команду бойцам оставаться на месте, готовыми открыть огонь по моей команде и двинулся вперед.

Еще одна стрела воткнулась в снег метров за пять до меня, ее я тоже подобрал, продолжая двигаться вперед. Из-за завалов что-то закричали на непонятном языке, и третья стрела ударила в, вспыхнувшее передо мной, магическое поле бессильно упала в сугроб.

— А теперь моя очередь! — я выхватил из кобуры автоматический пистолет и несколько раз выстрелил в невысокую сосну, которая обрушила с веток вниз хлопья снега.

— Хорош пуляться, выходи, разговоры будем разговаривать!

— Ты русский, что ли? — из-за завалов неловко выкарабкался одетый в ужасающие лохмотья мужик, с заросшим густой бородой худым, обтянутым обветренной кожей, лицом.

— И чему ты удивляешься? Это, вообще-то, Россия, — я раскинул руки в стороны, показывая необъятность своей страны.

— Ага, Россия. Мы последний раз княжеского мытаря видели лет десять назад. Он золотишко и шкуры забрал, сказал, что огневой запас, мануфактура и хлебное довольствие вслед за ним на баркасе плывет, и уехал, так что мы больше ни его, ни довольствия своего не видели.

— И что, вы десять лет вообще без припасов живете? — поразился я.

— Да приплывал тут один купец, года три назад последний раз был, просо и порох, да ватники с отрезами из киндяка из Китая привозил, а потом увани пришли и сказали, что они купцу сказали к нам не плавать, тогда совсем беда началась. Боярин, а у тебя на обмен есть что? Ты не думай, у нас золотишка немного осталось…

— Тебя как зовут?

— Данила Сорока, старший егерь четвертой роты Якутской княжеской дружины! — мужик даже изобразил что-то вроде строевой стойки.

— Так ты что, военный?

— Так точно! Во всяком случае, десять лет назад таковым числился…

Сука! Очередная Россия, которую мы потеряли.

Я ткнул пальцем на нагромождение лесного мусора, изображающее защитный рубеж:

— Ладно, пойдем, покажешь, как выживете.

Мужик замялся, растерянно оглянулся назад, где уверен прятался кто-то из его товарищей.

— Данила… — мне надоело стоять в сугробе и уговаривать мужика: — Перед тобой, вообще-то Царь Сибирский стоит. И Великий князь Семиречья. Мои земли от Урала до Тихого океана, а ты меня заставляешь стоять, сопли морозить…

— Ваше… — мужик сдернул с головы закопчённый, потёртый малахай.

— Величества будет достаточно.

— Величество…

— Ты не понял, правильно говорить — Ваше величество.

— Ваше величество, так нам принять вас даже негде. Вы же в землянку не полезете?