Последнее лето ярла Ульфа - Александр Мазин Страница 39

— Что надо? – не потрудившись поздороваться, буркнул мой давний нетоварищ. Впрочем, понять его можно. Я его брата убил, как-никак. Любви такое не прибавляет.

— Вижу, вежливости тебя так и не научили, – заметил я. – Может, мне это исправить?

— Я – наместник князя Рюрика!

— Надо же. А не похож!

— А на кого я, по-твоему, похож?

Ну, ты сам спросил.

— На здоровенный кусок говорящего дерьма!

Не понравилось. Аж побагровел. И компания за его спиной тоже восторга не выразила. Но отвечать мне никто не рискнул. Включая Турбоя.

— Уходи, нурман, – буркнул Турбой. – Не хочу крови.

— И куда мне, по-твоему, идти?

— А куда хочешь! Лишь бы отсюда подальше.

Тем временем на причал выбрался Сутулый. Встал рядом, поинтересовался:

— Что говорит этот?

— Говорит, нам здесь не рады.

Ярл Сигурда ухмыльнулся:

— Так давай его убьем!

— Думаешь, это его развеселит?

— Да тьфу на него! Главное, меня порадует!

— Я тебя не знаю, человек Севера! – на неплохом скандинавском вмешался Турбой. – Но ты можешь остаться. Новгород всегда рад таким гостям, как ты!

Сутулый покосился на меня.

Я молчал.

— Меня зовут Скульд-ярл, – представился викинг. – И я здесь по поручению Сигурда Рагнарсона.

— О сыне Рагнара мы слышали, – с достоинством отозвался Турбой. На меня он не глядел. – Ты пришел торговать?

— Ага, – Сутулый ухмыльнулся еще шире. Конечно, он пришел торговать. Железом.

Но Турбой подтекста не уловил. Только порадовался, что я вроде как сам по себе, а не с этими головорезами.

— Тогда добро пожаловать в Хольмгард!

— Если ты пришел торговать, ярл, то должен заплатить пошлину! – вмешался дородный новгородец, стоявший справа от Турбоя.

— Я заплачу, – пообещал Скульд. – Позже.

Махнул рукой своим и двинулся вверх, к воротам, которые никто даже и не думал запирать.

Викингов пропускали, а меня – нет. Интересный вариант.

— Значит, мне, Ульфу-ярлу, другу Рюрика, Трувора, Гостомысла и Ольбарда, здесь не рады? – уточнил я у толстого новгородца.

— Ты оглох, нурман?

— Если эта куча дерьма еще раз вякнет, я отрежу ей язык, – сказал я все тому же новгородцу. – А что мне скажешь ты?

— Новгород не хочет с тобой ссоры, Ульф-ярл, – пробормотал толстяк. – Но, наверное, тебе и впрямь лучше уйти. Князя Рюрика здесь нет. Он ушел на юг. Ищи его там. А переночевать можешь в его городке. Сотник Синко – мой зять. Скажи ему, что Должан велел принять вас с почетом.

Турбой открыл было рот, но поглядел на мою руку на мече и промолчал.

— Что ж, Должан, я тебя услышал и сделаю, как ты сказал. Надеюсь, никто не умрет из-за спеси этого недоумка, – я кивнул на Турбоя. – Надеюсь, но не уверен. Так что пусть Новгород побережется.

— Ты сам… – не выдержал Турбой.

Слеза выпрыгнула из ножен и уткнулась ему в пах.

Сопровождающие дружинники схватились за оружие. За моей спиной скрипнули луки.

— Не стрелять! – Я поднял левую руку. – Так хочется охолостить кабанчика, – задушевно сообщил я. – Но повременю пока. Приберегу удовольствие. Учти, – перевел взгляд на Должана. – Я вас предупредил.

Убрал меч, повернулся и по подставленному веслу взбежал на палубу.

— Почему ты ему спустил? – проворчал Медвежонок.

— Потому что я не люблю этот город. И думаю, что такой наместник будет ему в самый раз.

— Ты знаешь, что делаешь, – согласился брат. – Но то, что он пропустил Скульда, но не тебя, – это оскорбительно.