Неженка и космодесант - Дина Дружинина Страница 40

Но я не знаю этого наверняка, поэтому я лишь произношу ответное признание:

— Поверь, я чувствую тоже самое, когда не могу помочь Арду.

Глаза Рэя вспыхивают, и он удивленно смотрит на меня, хмурясь. Замолкает на время, обдумывая мои слова, по-прежнему держит меня на руках, чуть качает, словно баюкает.

— Я верю тебе, — хрипло произносит он в конце концов. — Расскажи, что тебе с-ни-лось? — старательно произносит новое для себя слово. — Как это вообще — видеть сон? На что это похоже?

— Сон похож на реальность, — приходит моя очередь удивляться, но я отрывисто рассказываю: — Когда спишь, все кажется происходящим на самом деле: люди, разговоры. Сны, бывает, забываются, а бывает, что врезаются в память. Еще говорят, что бывают черно-белые сны, но мне всегда снятся цветные…

Казалось бы, такая простая тема — про сны. Но у меня почему-то ощущение, что мы говорим о чем-то очень интимном. Продолжаю, стараясь не подниматьна Рэя глаза:

— Как будто смотришь фильм в своей голове, все события происходят помимо твоей воли, ты можешь только смотреть.

— Что тебе приснилось на этот раз? — Рэй настаивает на ответе.

Склонив голову, смотрит на меня. Ждет, что я расскажу.

Отрицательно мотаю головой, делиться с ним про поцелуи и свои ощущения, рассказывать, как у меня кружится от них голова, как мне приятно, когда руки Арда, смыкаются на моей спине, вжимают меня в его твердую грудь, — я не намерена.

Пауза между нами затягивается. Мне кажется или он реально принюхивается ко мне? Интересно, что он хочет понять, глубоко втягивая носом воздух и раздувая ноздри.

Приходится слегка поерзать в его руках. Сколько в нем силы, я даже не берусь вообразить: держит меня на руках, словно забыл вообще обо мне. Чувствую себя пушинкой.

Рэй отмирает, пытается торговаться:

— Давай договоримся, — произносит с самой сияющей и невинной улыбкой, на какую он способен.

Видимо, Рэйнэн решил включить навыки межмировой дипломатии, продолжает многообещающе:

— Ты остаешься в капсуле, пока я не получу отчет о том, что с тобой все в порядке. Лежишь спокойно и больше не пугаешься и не пытаешься содрать с себя комм, а я потом сразу отнесу тебя к Арду. Идет? — спрашивает с хитрой улыбкой, заранее зная, что деваться мне некуда, и я точно соглашусь.

Укладывает меня обратно в медицинскую камеру, откуда я смотрю на него снизу вверх, тепло улыбаюсь ему и говорю:

— Ладно.

Улыбается в ответ.

Похоже, среди нас проходит негласное соревнование на самую теплую и обворожительную улыбку.

И когда он, расслабившись, довольный откидывается на спинку стула, я задаю вопрос, который меня волнует:

— Ты тут так и будешь сидеть? Все время?

— Да, я здесь, — он улыбается, но улыбка выходит напряжённой. — Мы решили с Шэором, что ты больше не будешь оставаться одна. Ни на минуту.

— Почему?

Рэй вздыхает, проводит рукой по своим светлым волосам, ерошит их легким движением, которое мне хочется немедленно повторить, пропуская его волосы между пальцев.

— Потому что ты упрямая, мы уже поняли. И если тебе взбредет снова пойти к Гвайзу, я хочу быть уверен, что тебя можно вовремя остановить.

Я краснею от обвинений, но мне ничего возразить. Они справедливы, я сама угодила в лапы Гвайза.

— Мы будемрядом по очереди, — продолжает он. — Потому что тебе одной быть… небезопасно.