Сердце истинного вампира - Северина Мар Страница 40

Катаржина не обращала на этот хаос никакого внимания. Она неслась за быстро убегающей Розой. Та сперва петляла по улицам, а затем, когда город закончился, бросилась в лес. Катаржина потеряла ее среди запорошенных снегом сосен, но все еще чуяла аромат начинающих подгнивать цветов.

Вскоре деревья расступились и впереди показались длинные приземистые дома. В нос ударило смесью навоза, свиней и крови. Сбавив ход, Катаржина крадучись зашла в хлев. Двери были открыты настежь, запуская внутрь ледяной воздух и белые хлопья снега. В загонах хрюкали свиньи, визжали поросята. В углу свинарника, возле огромного хряка, чистил навоз вампир. Он был раздет по пояс, и его белая кожа сияла в кромешной тьме. Разумеется, он прекрасно видел ночью.

Катаржина раздраженно дернула ухом. Неужели она потеряла Розу, а запах увядающих цветов привел ее к проклятому Якову? Она хотела незаметно покинуть хлев, как двери по другую сторону свинарника распахнулись от удара. Внутрь влетела Роза. Израненная, в порванном платье, лишенная рук, она бросилась на колени перед Яковом, упав прямо в грязь.

— Ваше… ваше высочество! Прошу, вы должны спасти меня…

— Я вам уже говорил: то, что вы делаете, – очень плохо, вам надо это все прекращать, – отозвался Яков, не поворачивая к ней головы и продолжая сгребать лопатой навоз. – И почему вы все время так меня называете? Какое я вам «высочество»?

— Я… я была фавориткой вашего брата, седьмого князя тьмы! Он сам меня обратил. Разве вы не помните? – скулила Роза.

Катаржина слушала их, припав к полу за высокой бочкой с водой. Похоже, вонь от свиней и навоза перебивала запах волка и вампиры ее не чуяли. Странно, что сами свиньи были так спокойны и не реагировали на нее.

— Не-а, не помню, – ответил Яков. – И никакого брата у меня уже давно нет. А вы должны сами отвечать за то, что сделали.

Роза склонилась к земле, едва ли не уткнувшись лицом в навоз. Ее тело дрожало, голова дергалась, словно в судороге.

— Пожалуйста, ваше высочество! Ведь я единственная из немногих, я высший вампир, а вы… Вы наш господин, последний из выживших детей Вечного Императора. Вы должны возродить величие нашего племени, а не…

— Ой, не мешайте мне, пожалуйста! Я тут вообще-то делом занят. Убираю за Витольдиком. Да, мой хороший? – Яков потрепал хряка по загривку, а затем ткнул пальцем в середину розового пятачка.

— Разве вы не желаете вернуть утерянное, ваше высочество? Вместе мы могли бы…

Прежде чем Роза успела сказать что-то еще, тишину разорвал выстрел. Вампирша, вереща, отлетела к стене, ее тело опутала сеть, сотканная из серебра.

В хлев ворвался Домак в сопровождении офицеров охраны. Свиньи завизжали и забились в загонах. Яков продолжал как ни в чем не бывало сгребать навоз.

Катаржина раздраженно рыкнула – она надеялась подслушать что-нибудь еще. Выйдя из своего убежища, она плавно приняла человеческий вид.

Все мужики были одинаковы, что живые, что мертвые: увидев нагую Катаржину, офицеры замерли с раскрытыми ртами. Яков даже забыл про свою лопату и навоз и поднял на нее прозрачный, ласкающий взгляд. Только Домаку было все равно – он уже много раз ее видел, ему было неинтересно.

— Взять его! – скомандовала Катаржина, ткнув пальцем в Якова.

В Хортске Катаржина пробыла чуть дольше, чем рассчитывала. Как только Роза была побеждена и закована в саркофаг из свинца и серебра, созданные ею вампиры словно бы потеряли шедший от нее сигнал и какое-то время вели себя как неисправные электроприборы. Они хаотично бродили по округе, натыкаясь на стены и сосны, пока прибывшее подкрепление из Ведомства порядка их всех не переловило.