Черное сердце фейри - Яна Вуд Страница 41

— В общем, думаю, это действительно твой брат. Видимо, именно его следы Морвран обнаружил возле замка. Кларх как-то выследил тебя.

Я усмехнулась уголком рта.

— А я боялась, что ты станешь надо мной смеяться.

Бран пожал плечами.

— Если проклятие превратило моих подданных в проклятых тварей, то почему оно не могло сделать то же самое с твоим братом? Он ведь не простой смертный, ведьмак.

Я остолбенела. Наверное, взгляд у меня сейчас был совершенно диким.

— Так, значит… – вырвалось у меня, – фейри не погибли? Мы полагали, когда Керидвен наложила проклятие… все они…

Бран вновь покачал головой.

— Она, конечно, могучая ведьма, но даже ей не под силу разом уничтожить столько существ. Зато ей удалось обречь моих подданных на жалкое существование в загнивающем лесу.

Я задумчиво сдвинула брови.

— Яд заставил глаза тех, кто стал его жертвой, кровоточить. Вот почему клархи тоже плачут кровавыми слезами, ведь так?

Принц мрачно кивнул.

— А если мы снимем проклятие, твои подданные вновь смогут стать собой? – не унималась я. – И мой брат тоже?

Бран снова кивнул.

— Они вернут изначальный облик.

Я стиснула зубы и устремила на него решительный взгляд.

— Что ж, теперь и я страсть как желаю уничтожить эту клятую ведьму!

Бран лишь смерил меня в ответ странным взглядом, который я не смогла разгадать.

Глава 17. Кара

Наступила ночь, но сон вместе с ней не пришел. Стоило мне ненадолго смежить веки, как перед внутренним взором возникал Киллиан. Его уродливое звероподобное тело и такой родной, знакомый взгляд. Да, его глаза сочились кровавыми слезами, но все равно это были его глаза. Крупицы сомнений догорели во мне вместе с закатным солнцем.

Киллиан провел в проклятом лесу десять ужасных лет. Эта мысль медленно убивала меня, скручивая внутренности смертельным ядом вины и сожаления. Если бы я знала, что он выжил, непременно отправилась бы на поиски. Но я была уверена, что мой брат погиб. Или же просто убедила себя в этом, чтобы у меня не осталось ни малейшей причины возвращаться в это ужасное зловонное место?

В деревне меня считали отчаянно смелой, но вот кем я была на самом деле – жалкой трусихой, не способной преодолеть собственные кошмары и страхи, что отравляли мои сны каждую гребаную ночь. Я стиснула зубами край одеяла и сдавленно зарычала. Мне хотелось ударить себя, сделать себе больно за свою слабость и беспомощность, за то, что заставила брата страдать. Никогда еще я не казалась себе столь отвратительной и жалкой.

Глухой исступленный стон резко привел меня в чувство. Я подскочила на кровати и настороженно прислушалась. Стон повторился. Он был исполнен боли и какой-то глубинной застарелой муки.

Я не успела обдумать свои действия и тот факт, что на мне была лишь кружевная черная сорочка, ноги понесли меня к двери. Выскользнув в коридор, я устремилась на звук, как несчастная жертва, завороженная зовом сирены. И хотя в этих стонах не было ничего притягательного, отчего-то я нутром чуяла: они меня погубят. Вернее, тот, кто их издавал.

Я застыла перед дверью из черного дерева. Подергала серебряную ручку – не заперто. Собравшись с духом, решительно опустила ее и шагнула внутрь.

В комнате властвовал полумрак. Первое, что бросилось мне в глаза, – огромная драпированная кровать, на которой в полубреду металось рослое поджарое тело. В воздухе мерцали волшебные серебристые огни – единственное, что освещало спальню помимо луны, что заглядывала в окно.