Голос Кьертании - Яна Летт Страница 46

«Нам не пройти».

«Нас пропустят».

И вправду – толпа, заполнившая сад, расступалась, пропуская Эрика Строма. Он крепко сжал мою руку. Разумно – если бы не это, толпа сомкнулась бы за его спиной мгновенно, отрезая нас друг от друга.

В Гнезде часто бывало шумно – сновали во все стороны рекруты, наставники и просто забежавшие поболтать, устраивались пирушки…

Но сейчас это был другой шум – напряжённый, резкий, тревожный, полный плохо сдерживаемой ярости, общей, как дыхание, от которого воздух в Гнезде стал плотным.

Кто-то шумно обсуждал случившееся, кто-то ругался, кто-то всхлипывал.

Мы быстро миновали столовую. Охотник с подрисованными усами со стенного панно наблюдал за шумихой у своих ног с обыкновенной отрешённостью. На миг я очутилась совсем близко к своему старому столу. Здесь мы делили трапезу – Маркус, Дигна, Миссе, Кьерки, Рорри и я.

Дигна погибла во время обучения, ни разу не увидев ни Стужи, ни дворцового парка, о котором так мечтала.

Миссе захлебнулась ядом собственного изменившегося тела в валовой капсуле.

Рорри, судя по краткой заметке в «Голосе Химмельборга», ушёл из жизни сам, перед этим забрав чужие – и ненадолго пережив своего ястреба. Мне трудно было поверить тогда, что именно он – зловещий убийца, так долго державший город в страхе, хотя в заметке упоминались неоспоримые доказательства, обнаруженные господином Олке в его доме и на месте преступления.

Рорри, которого я знала в этих стенах, был мягким, спокойным, но главное – добрым. Гибель Миссе, вина и гнев свели его с ума… Иначе объяснить случившееся с ним было невозможно. Иногда мне казалось: всё это – только хитрая проделка Биркера. Может, гибелью Рорри просто воспользовались, чтобы навсегда закрыть дело убийцы-препаратора… Логично было предположить, что настоящий убийца – Магнус, что именно он убивал всех этих юношей-диннов, веривших, что серебро Стужи может стать золотом, и он же заманил Эрика в ловушку…

Но иногда я вспоминала Рорри в день моего рождения – мрачного, замкнувшегося в себе Рорри, Рорри с потемневшим взглядом, в глубине которого поселилась ненависть.

Возможно, Магнус нашёл способ свести его с ума.

А возможно, это и не понадобилось.

Так или иначе, Рорри больше не было – ни за столом, ни в Гнезде, нигде на свете, – и вместе с ним ушли ответы, ушла доброта, с которой он пришёл в этот мир, и мягкое спокойствие, которое он излучал.

Двух лет не прошло с моего первого ужина в Гнезде – и наш стол опустел наполовину. Я порадовалась тому, что давно уже живу с Эриком и не знаю, занял кто-то освободившиеся места или они так и напоминают пустотами о погибших, как лишившиеся владельцев кружки в шкафчике Кьерки.

Мы со Стромом свернули в коридор, ведущий к общей гостиной, и там я едва не споткнулась о сжавшуюся в комок прямо на полу Томмали, уткнувшуюся лицом в колени. Её плечи вздрагивали. Ледяная, как сама Стужа, спокойная, как звёзды… Даже в самых безумных фантазиях я не могла представить Томмали плачущей.

— Томми! – Эрик коснулся вздрагивающего плеча охотницы.

Она резко подняла раскрасневшееся, заплаканное лицо. Я надеялась увидеть на этом лице свирепость – но Томмали выглядела потерянной, перепуганной как малый ребёнок.

— Эрик. Какого дьявола… Ты знаешь, что это? Почему они… почему…