Физрук: на своей волне 4 - Валерий Гуров Страница 47

Я подошёл ближе, положил ему руку на плечо.

— Слушай, хрен с тобой, золотая рыбка, — сказал я. — Вижу, что женщинам твои тренинги действительно нужны. Просто в следующий раз, чтобы подобных инцидентов не было, предупреждай заранее о таких…

Я сделал паузу и покосился в сторону манекена. Тот по-прежнему лежал на полу, залитый томатным соком.

— В общем, о таких представлениях предупреждай заранее, — закончил я.

— Конечно, Владимир Петрович, — торопливо закивал вахтёр. — Я и хотел вам сказать, но не знал, как… после того нашего разговора с глазу на глаз.

— Ну ты тоже мух от котлет отделяй, — возразил я. — Если твои тренинги реально помогают женщинам — я слова поперёк не скажу.

— Понял, Владимир Петрович, всё понял, — заверил вахтёр. — Не повторится, упустил я этот момент, не подумал.

Я крепче сжал его плечо и улыбнулся краем губ.

— Вот и хорошо, что понял. Не знаю, сколько вы тут ещё собираетесь куковать, но чтобы в спортзале к утру всё было убрано. Завтра дети придут заниматься.

— Не вопрос, Владимир Петрович, всё будет убрано, — заверил Миша с готовностью. — Ни пылинки, ни соринки после себя не оставим.

Он чуть помедлил, потом взглянул на меня исподлобья:

— А… удалось ли вам успокоить Софию Михайловну?

— Надеюсь, что удалось, — ответил я. — Похоже, теперь всё под контролем.

Я задумался. Всё вроде бы разрулилось, но оставался один момент — женщины. Эти бедолаги, которых я, сам не желая, выдернул из их «духовного очищения».Надо было как-то объясниться, по-человечески, чтобы не выглядело, будто я просто ворвался и всё развалил ради собственного удовольствия.

— Так, Миша, прежде чем ты продолжишь свой балаган, я пару слов скажу дамам. Пойдём.

Мы зашли обратно в спортзал. Там по-прежнему стояли женщины с испуганными глазами, с обидой на лицах.

Миша мялся рядом, переминался с ноги на ногу, явно не зная, как начать. Тогда я взял инициативу на себя.

Хлопнул в ладони, и звук разлетелся по залу.

— Так, дамы, внимание сюда! — сказал я громко и уверенно.

Все повернулись ко мне. Даже самые обиженные замерли, глядя с ожиданием.

— Приношу свои искренние извинения, — начал я. — Влез в ваш тренинг не со зла. Всё делал ради вашего же блага. Так что всех обнял, поднял и больше не мешаю.

Напряжение потихоньку стало спадать.

Все женщины наперебой загомонили, заверяя, что ничего страшного не произошло.

— Да вы что, Владимир Петрович, всё в порядке! — сказала учительница начальных классов, кстати, первой визжавшая при моём появлении. — Мы даже рады, что вы вмешались! Вы уж простите, но вы такой заботливый, прямо настоящий мужчина.

— Верно, — подхватила ещё одна. — Если бы все мужчины были как вы, Владимир Петрович, нам бы вообще никакие тренинги не понадобились!

Неловкость окончательно ушла.

— Ладно, дамы, развлекайтесь, — сказал я, сцепив пальцы и тряхнув кистями рук над головой. — Только помните, что завтра у нас рабочий день, так что до фанатизма не доводите.

Смех прокатился по залу.

Я уже собирался уходить, но взгляд сам нашёл Соню. Она стояла чуть в стороне и, похоже, больше не участвовала в «тренинге». Подошла к вахтёру, сказала ему что-то тихо. Я краем уха услышал:

— Я подумала и поняла… не хочу больше в этом участвовать.

Затем Соня перевела взгляд на манекен, лежащий на полу, всё ещё облепленный подсохшим томатным соком.