Драконья няня - Наталья Фирст Страница 48

— Здравствуй, папа.

Он только поджал губы.

— Ступай к себе, Джулиана, мы позже поговорим.

К себе? Так просто? Я вдруг представила, что никто не мешает мне сбежать вновь. Потому возблагодарила Небеса и почти бегом припустила в дом.

В спину мне донеслось:

— Гордон, как все прошло?

— У драконов без проблем. А в городе она пыталась сбежать. Должен вам сказать, вы были правы, когда решили подготовить все документы.

Ах вот как? Значит, это была идея моего любимого батюшки? Отец тут же подтвердил:

— Я слишком хорошо знаю дочь, мой мальчик. Она просто так не успокоится.

— Ничего. — Я прям увидела, как Гордон усмехнулся. — Подержим ее под замком. Не будет же она вечно бунтовать. Когда-нибудь угомонится. А чтобы избавить ее от иллюзий, завтра же утром устроим венчание.

— Завтра? Утром? Ну уж нет. И не мечтайте… — буркнула я себе под нос, от злости с грохотом захлопывая дверь.

Из коридора рванула к себе в спальню, желая не терять время даром. Вошла внутрь комнаты и замерла. Окна встречали меня новехонькими решетками.

— Папа!

Я развернулась на месте, но успела только заметить, как закрылась дверь.

— Папа!

Я бросилась на белую створку, застучала по ней кулаками, ударила ногой. И услышала, как щелкнул замок. Я угодила, как мышь в мышеловку. Так глупо, так нелепо. Теперь мне оставалось только ждать утра и молить Небеса, чтобы Лотар успел. Чтобы не опоздал с помощью. В том, что он придет за мной, я почему-то не сомневалась.

* * *

Ночь прошла в тревожных метаниях. Мне толком не спалось. Все время виделась тьма. Она смотрела на меня из завоеванных мраком углов, из окна. Витала под потолком.

Я догадалась свернуться на кровати калачиком и укрыться с головой одеялом. Тьма расстроенно отступила, но легче не стало. В голове звучал голос Гордона: «Не стоит откладывать, завтра же утром устроим венчание».

Утром. Утром? Утром!!!

По щеке вновь побежал соленый ручеек. Губы зашептали, как молитву:

— Лотар, спаси меня! Спаси! Без тебя я погибну…

Забыться удалось только к самому утру. Что снилось мне, я не помню. Да и снилось ли хоть что-нибудь. Только проснулась я с опухшими от слезглазами и больной головой.

Стрелки показывали три часа до полудня. В доме царило странное оживление. Сквозь дверь слышались чужие голоса, торопливые шаги. С каждым новым звуком надежда на спасение таяла, разбивалась о ледяное равнодушие реальности. Мне хотелось вернуться обратно в интернат. К Лотару, к дядюшке Оскару, к беспокойным мальчишкам. Но кому было дело до моих желаний.

Обо мне все словно забыли. Жаль, ненадолго. Скоро за дверью раздал цокот подкованных сапог. И я прекрасно знала, кому эти шаги принадлежали.

Гордон распахнул без стука дверь, глянул на меня без капли интереса и процедил сквозь зубы:

— Ты почему не одета?

Я натянула до подбородка одеяло и ответила твердо:

— Я никуда не пойду.

— Тебя никто не спрашивает, — усмехнулся он.

Потом резко шагнул вперед, оказался у кровати, схватил одеяло и дернул его на себя, вырывая из моих рук.

Я замерла от неожиданности. Подобного поведения я не ожидала ни от кого. Это было верхом невоспитанности. Это было постыдно. Это было ужасно неприлично.

— Я не пойду! — прокричала я, стараясь ладонями прикрыть тонкую ткань на груди.

— Пойдешь.

Безжалостная рука схватила мое запястье.