Наследие Оманоске - Софья Соломонова Страница 50

Рю выделили комнату в одном из флигелей дворца. Управляющий Патрис, худой пожилой мужчина с острой седой бородкой и роскошными завитыми усами под стать графским, долго извинялся за то, что комната совсем маленькая, но она оказалась в несколько раз больше мансарды, в которой Рю жил у Клода. Патрис оставил юношу обживаться, но предупредил, что с утра граф первым делом будет ждать его в тренировочном зале. Управляющий также объяснил Рю, где тот может помыться, и заверил его, что горничные принесут ему новую чистую одежду.

Когда, наконец помывшись после долгих дней в дороге, Рю вернулся в свою комнату, на кровати он обнаружил аккуратную стопку вещей. Он ожидал увидеть ливрею с гербом фон Форле, подобную той, которую носил Патрис, но, к его облегчению, слуги принесли ему обычную одежду, которую мог бы надеть роальский торговец или служащий среднего достатка. Переодеться в чистое было крайне приятно, как и погрузиться в пушистую перину на широкой кровати. День выдался непростым, и Рю почувствовал, что засыпает, но не тут-то было. Сквозь полуприкрытые глаза он увидел, как полутемная комната осветилась неестественным белым светом, и знакомый голос произнес:

— Ну что, поздравляю, ты добился своего!

Рю хотел было отмахнуться от духа, но вдруг понял, что кто-то из слуг мог зайти в комнату и увидеть незваного гостя. Эта мысль заставила его резко сесть на кровати, сбрасывая дремоту.

— Ты что, спрячься немедленно, вдруг кто-то тебя увидит!

— То есть до этого тебя это не волновало? Ну ладно. –  После этих слов стоящий посреди комнаты высокий мужчина исчез, а на его месте появился небольшой белоснежный сокол. Птица пару раз лениво взмахнула крыльями и приземлилась на стоящий у окна рабочий стол.

— Ты доволен? –  Рю уже знал, что дух может говорить и в птичьем обличье, но ему все еще было от этого не по себе.

— Да… Спасибо.

— Это что, благодарность? Удивительно! –  Сокол пару раз шевельнул крыльями, подражая человеческой жестикуляции.

— Я за многое тебе благодарен, –  Рю немного обидело такое отношение духа, –  но иногда ты просто невыносим.

— Оправдания, оправдания… –  Сокол пропрыгал по столу, приближаясь к Рю, и наклонил голову, буравя юношу ярко-желтыми глазами.

— Например, ты невыносим сейчас! –  не выдержал Рю, с усилием удерживая себя в вертикальном положении и противясь желанию проигнорировать духа и спокойно уснуть. –  Я хочу спать.

— Я заметил. Но все-таки хотел предложить тебе как следует подумать о том, чего ты на самом деле хочешь. Я бы ни за что не догадался, что стать шутом для маленького избалованного мальчика –  это предел твоих мечтаний.

— Не шутом, а учителем фехтования.

— А есть разница? –  Рю понял, что Тииль закатил бы глаза, если бы птичье обличье ему это позволяло.

— Ты же сам знаешь, что есть. Тебе больше нечем заняться, кроме как бесить меня, да?

— Действи-ительно… У меня же есть более амбициозные цели, чем быть чьей-то нянькой.

С этими словами дух исчез.

Обычно такое поведение Тииля приводило Рю в бешенство, но сегодня он слишком устал, чтобы реагировать на его выходки. Он упал обратно на подушку и почти сразу уснул. Последней мыслью, промелькнувшей в его голове перед тем, как он погрузился в сладкую тьму сна, было: «А ведь он всегда оказывается прав…»