Небесный город - Критика Рао Страница 52

Ахилья прорвалась сквозь зеленый полог листвы и взмыла над ним в воздух. Лианы вокруг ее ног стали толще, гуще, крепко приковав ее к ногам Оама.

Привязанные друг к другу, они летели сквозь вихрь обломков, вращаясь и переворачиваясь. Мимо проносились ветви и деревья, чудом не попадая в них. Рядом с ними, тоже в броне, несся Ираван, а под ним скручивался лиановый вихрь, унося его, словно торнадо, из джунглей.

Тело Ахильи развернулось, и… Менее чем в сотне футов от них, в небе, как гигантская луна из коры, парил город. Накшар.

У нее вырвался всхлип облегчения. Они ждали их. Ираван спасет их.

Ираван не смотрел на город. Он летел лицом к Ахилье и Оаму, возвышаясь над ними. С силой вытянув руки перед грудью, он вращал ими, как колесами.

Ахилья посмотрела вниз, и у нее закружилась голова. Сквозь полог джунглей взлетали вверх валуны, врезаясь в деревья, кружась на ветру. Гигантские клубы пыли росли как грибы, взрывались и разрушались. Булыжники разрывали лозы, попадая в лиановый вихрь, уносивший ее и Оама, но лозы почти сразу же срастались. Ее охватило состояние нереальности, мышцы напряглись.

Тело у Ахильи изогнулось, шея дернулась. Накшар снова появился в поле ее зрения. Она пошевелила руками, напряглась и протянула к нему руку. Так близко.

И в этот миг лозы, которыми она была привязана к Оаму, лопнули.

Она взмахнула руками. Желудок резко сжался. Кувыркнувшись в воздухе, слишком потрясенная, даже чтобы закричать, она начала падать. Мельком увидела, как развязываются лозы и на Оаме, как клубится в воздухе ужас, несется вихрем ветер и извиваются под ней джунгли, неумолимо приближаясь.

Внизу, а затем и над Ахильей взорвался свет.

Что-то в воздухе подхватило ее. Резко поменялась картинка перед глазами, а потом все стабилизировалось. Она снова начала подниматься, обвитая лозами. Оам тоже поднимался вдали.

Ахилья вытянула шею. Высоко наверху Ираван перестал двигаться к Накшару. Он сиял, как миниатюрное сине-зеленое солнце, но его собственный вихрь едва ли был похож на лохматую лиану. Из его брони вырывались яростные лучи. Теперь она видела его лицо и понимала. Сила его траектирования была огромной, и он просто не мог все это выдержать. Его броня трещала и раскалывалась. Все силы он направлял на Ахилью и Оама. Жертвовал своей безопасностью ради них.«Нет, – подумала она в ужасе. – Что ты делаешь? Спаси себя. Спаси Оама».

От его брони отвалилось еще больше коры, и оначувствовала его отчаяние, его изнеможение, даже когда поднималась. Обломки ударили Иравана по лицу, и он на мгновение закружился, теряя равновесие. Надорванная в нескольких местах лиана, соединявшая его с джунглями, лопнула.

Ираван в отчаянии взмахнул рукой, и что-то обхватило Ахилью, словно щупальце. В вихре ветра ее с головокружительной скоростью понесло к городу. Последняя лиана, соединявшая ее с Ираваном, оборвалась.

Затем ее пронзила жуткая боль, завибрировавшая в ступнях и коленях, сотрясавшая тело. Из Ахильи выдавили воздух, ее изжевали. С нее сорвало броню из магнарута, содрав клочья одежды и кожи.

Ахилья прорвалась сквозь купол Накшара и врезалась во что-то твердое.

Мгновение она просто лежала, в ушах шумело, перед глазами плыли пятна. Дыхание вырывалось тяжелыми вздохами. Она перевернулась на бок, и ее вырвало. Тело было сплошным месивом из плоти и крови, с миллионами порезов и царапин, но на ней не осталось и следа магнарута. Все содрала кора города. Накшар впустил ее, но не гостя из джунглей.