(Не)желанная истинная северного дракона - Илана Васина Страница 53

Вот зря он это сказал.

Грудь стиснул страх.

— Я умираю?

Целитель аж поперхнулся воздухом и с шутливым упрёком погрозил мне указательным пальцем.

— Рано тебе в послежизнь, дева! Рано. Сейчас тебя лечить буду. Только понять надо сперва, что с тобой стряслось.

Он заставил меня открыть рот, показать язык, осмотрел ногти. Потом долго водил рукой над моим животом, шепча заклинание, и вдруг замер.

— Это не болезнь… — пробормотал он. — Проклятие, что ли? Нет, — уверенный кивок после короткой паузы. — Это яд.

— Яд? — переспросила я, думая, что ослышалась.

Какой яд, вы что?

Меня пытались… отравить?! Кому я могла помешать?!

Я и в замке-то бываю только по ночам.

Целитель быстро влил в стакан снадобье и заставил меня выпить. Острый привкус незнакомой травы обжёг горло. Резкий спазм начал отпускать, но облегчение не принесло радости. Меня всё ещё била мелкая дрожь, а руки казались чужими и ледяными. Я осталась лежать, чувствуя себя выжатой тряпкой. Кому понадобилось мне вредить?

— Постельный режим тебе прописываю. Скоро приду к тебе со снадобьем. Ты не бойся, дева. К завтрашнему дню оклемаешься. Будешь бодренькая.

Когда старичок вышел, он столкнулся в дверях с Бьёрном.

— Что с ней?! — голос тиарха вибрировал от напряжения.

— Отрава. Вялотекущая. Накопилась в крови. Ещё пара дней — и сердце остановилось бы.

Я услышала сдавленный рык.

— Мы же ели одно и то же! — выдохнул Бьёрн, и я почувствовала, как по комнате пронеслась волна его физической боли, смешанной с бешенством.

— Желудок драгарха не заметит такую дозу, — пролепетал лекарь. — А вот человек… дозировку рассчитали ювелирно. Чтобы она чахла постепенно.

Внезапно целитель заторопился:

— С твоего позволения… Мне надо приготовить целебный отвар для твоей нании… А то время уходит.

Он бросился прочь, едва не теряя свои склянки.

Бьёрн вошёл в комнату. Он стоял посреди спальни, и я видела, как у него белеют костяшки пальцев. Его грудь тяжело вздымалась, будто он только что пробежал в гору.

— Бьёрн… — позвала я слабо.

Он обернулся. В его глазах была такая чёрная, беспросветная ярость, смешанная с мукой, что мне стало холодно. Он коротко взглянул на меня, и я поняла, что кому-то в замке сейчас не поздоровится.

Бьёрн

Ильва дрожала так, что кастрюля в её руках ходила ходуном. От неё пахло гарью и страхом.

— Кто готовил завтраки и еду в дорогу последние дни? — тихо спросил я.

Мой зверь внутри царапал грудную клетку, требуя крови. Когда целитель произнёс слово «яд», в груди словно разорвалась шаровая молния.

— Мой тиарх, я лично пробовала еду. Всё же было в порядке…

Голос кухарки сорвался на шёпот. Лихорадочно смяла подол своего передника, а сама она, казалось, пыталась врасти в каменный пол.

— Моей нании стало плохо от твоей стряпни, — сделал шаг вперёд, и кухарка вскрикнула, закрывая лицо руками. — Целитель сказал, еда была отравлена. Каждое утро ты своими руками носила ей яд. Ты знаешь, что тебе за это грозит?

— Мой тиарх, сжалься над старой Ильвой… Я думала, ничего страшного… Висна приходила готовить. Та самая, которую ты на кухню недавно сослал. Она… она говорила, что хочет искупить перед тобой вину. Вставала пораньше, всё сама готовила, упаковывала… А я… я спать хотела, дура доверчивая, радовалась, что лишний час прикорнуть можно…